Ну конечно: как же ещё можно решить сложившуюся ситуацию иначе, чем положив кого-нибудь мордой в асфальт?

Я продолжал спокойно идти. Двое приблизились. Первый попытался сделать подсечку — чтобы я сразу рухнул плашмя. Потом, видимо, намереваясь скрутить руки и «подготовить для допроса».

Через мгновение первый нападающий сидел на пятой точке, с недоумением глядя на свою неестественно вывернутую ногу. Болевые импульсы ещё не успели дойти до его крошечного мозга.

Я презрительно усмехнулся. А ведь предполагается, что это элита из элит! Но, похоже, охранники есть охранники, даже высшего ранга.

Второй нападающий был более осторожен. Он отступил на шаг назад, потом стремительным броском метнулся навстречу, метя кулаком в солнечное сплетение. Вот это уже серьёзно: неподготовленного человека так и убить можно. Ему я сломал обе руки — причём так, чтобы боевик гарантированно отправился на пенсию. Потому что нельзя просто так калечить людей.

Лысый озадаченно почесал в затылке и поднял руку, видимо, чтобы дать команду остальным боевикам напасть на меня. Но я не предоставил ему такой возможности.

Я сделал с ним ровно то, что намеревался сделать со мной его подчинённый — сбил с ног и заломил руки за спиной.

Не то, чтобы мне это нравилось, но в данной конкретной ситуации я испытывал что-то вроде удовлетворения. Всё-таки хорошо, что я поддерживал физическую форму и занимался тайцзи. Без этих навыков браслету просто нечего было бы усиливать. А так я чувствовал себя вполне уверенно.

— Ты что творишь⁈ — прошипел лысый. — Жить надоело⁈

Оставшиеся невредимыми боевики окружили меня полукольцом. Двое достали пистолеты и нацелились на меня. Ещё я чувствовал одного снайпера, который успел занять позицию на дереве справа от ворот.

— Вас разве не предупредили, что с хозяевами следует вести себя вежливо? — спросил я нейтральным тоном.

— Слезь. Немедленно. Последний шанс!

Странно… поначалу мне показалось, что у этого лысого есть проблески интеллекта. Я ещё сильнее сжал его руки. Он попытался вырваться; под тонким чёрным пиджаком перекатывались стальные мышцы. Надо признать, что в целом он пытался действовать грамотно — и в любой другой ситуации это приём сработал бы. А так он только сломал себе одну из лучевых костей.

Лысый глухо замычал.

— Слушайте, среди вас есть хоть кто-то с мозгами, а? — обратился я к стоящим вокруг меня боевикам. — Свяжитесь с руководством. Опишите ситуацию.

Краем глаза я заметил, как один из боевиков отступил на пару шагов назад и тихо заговорил, едва шевеля губами. Прошло несколько секунд. Потом в его глазах появилось бесконечное удивление.