— ПО-БЕ-РЕГИСЬ!!! — проорал кто-то зычно, и, я схватившись за свою палку, снова сочно приземлилась в грязь.
Брызги разлетелись такие, что едва успела заметить, как несущийся на меня воз с лошадью унеслись с дороги и перевернулись.
«Бедная лошадка!» — единственная мысль, испугавшая меня больше, чем то, что произошло до этого. Этих животных я всё же любила больше людей и, соответственно, жалко мне было их больше.
Опираясь на свою палку, я снова встала и с противными причмокивающими звуками поплелась к повозке. Лошадь хрипела, дёргала конечностями и так болезненно дышала, что взгляд мой сразу затуманился слезами из-за страха за животное.
— Тише, мой хороший, — зашептала я, поглаживая его морду. — Всё будет хорошо! Сейчас мы тебя освободим и вызовем ветеринара!
— Что же ты наделала, девка! — взвыл мужик, которого, видимо, отбросило с повозки в поле каких-то растений. В сумраках даже не определить, что это за растения, да и плевать на них. И на мужика было плевать. Мне дело было лишь до лошади.
— Чего вы раскричались? Лучше звоните куда надо и вызывайте спасателей. Лошадь ранена. Точно забои и переломы не исключаю, — рыкнула на мужчину, по которому лишь мазнула взглядом, когда удалось хоть немного утереть слёзы.
Одет он был как какой-то нищий: простая рубашка серого цвета и коричневые штаны, подвязанные шнуровкой.
Бомж какой-то! Таких в нашем элитном посёлке я точно не встречала!
— Да как я тебе этих спасателей вызову? У меня нужных артефактов нету. А животину да, жалко… Ну ничего делать, — последнее он произнёс как-то со вздохом, и я увидела, как этот ненормальный достал нож с подобия ножен на поясе.
— Вы что? — закричала я, наставляя на него палку. — Убить его решили? Лошадь же может осмотреть ветеринар, и возможно есть шанс выходить.
Мой вопрос не получил ответа, а этот болван пожал плечами и зачесал затылок.
— Где же денег столько взять, чтобы вызывать этих ваших «ветеранов» и выхаживать? Проще пока сам не испустил дух убить и продать мясо.
— Не-е-ет! Я не позволю! — закричала на мужчину. — Живодёр старый! — обозвала его, поняв, что бомж ещё и в возрасте.
— Моя животина, что хочу, то и делать буду! Отойди, девка, не мешай!
— Ага! Как же! — махнула я палкой, не хуже грозного оружия. — Только двинься с места, и я проломлю тебе череп! — пригрозила, свободной рукой прошаривая свои карманы на наличие телефона.
Телефона не оказалось, и я снова выругалась. Даже не заметила, когда его потеряла. Выпал в машине? В парке конного клуба? Или где-то погряз в луже?
Лошадь снова издала страшное моему слуху ржание и запрокинула голову.