И это значит…
Что я нежно приложила руку к тому, чтобы золотого мальчика — Илара — подвинули на одну позицию вниз.
Надеюсь, Илар не в обиде. По его поведению — вроде нет. Мы по-прежнему общаемся: шутим, подкалываем друг друга. Он остаётся тем же наглым ящером, но без заигрываний и подозрительных взглядов. И меня это устраивает.
А вот с его соседом… С тем, чьи глаза я забыть никак не могу…
Дальше поцелуя мы не продвинулись. Не из-за меня — из-за его отсутствий.
Но сегодня… Сегодня всё должно измениться.
Сегодня заканчивается его обучение во дворце. Или его отпустят раньше из-за приближающихся соревнований.
Наш главный ловец должен тренироваться на полигоне, а не учиться держать приборы с оттопыренным мизинцем.
Я почти чувствовала, как сердце делает кульбит.
Сегодня я наконец-то увижу Кейла.
Полигон шумел жизнью. Студенты метали заклинания, драконы в человеческой форме спорили о правилах, где-то в небе мелькали чёрные и золотые всполохи тренировочных пролётов.
Я же стояла у края площадки, где обычно собиралась наша команда, и всеми силами делала вид, что просто отдыхаю.
Ага. «Отдыхаю».
На самом деле я высматривала одного конкретного дракона так, словно пыталась прожечь взглядом дыру в пространстве, откуда он теоретически мог появиться. Сердце так билось, что я всерьёз боялась: сейчас выскочит наружу, помашет лапкой и убежит обратно во дворец.
— Снежинка… — протянул над ухом знакомый голос. Я вздрогнула.
Ну конечно. Илар. Когда я уже привыкну, что он умеет подкрадываться, как кот, которому забыли выдать завтрак?
— Ты так отвлекаешься, что я уже мысленно пишу рапорт, — продолжил он с притворной строгостью. — Представляешь? «Целитель команды отвлеклась, получила травму, команда лишилась боевой единицы…» И, внимание, главный вопрос: кто нас лечить будет?
Я открыла рот, чтобы что-то язвительное ответить, но замерла. Воздух словно дрогнул. Шум полигона стал тише, фоновые разговоры растворились.
Он шёл.
Кейл.
Высокий, спокойный, будто и не носился месяц между дворцом и академией. На нём была новая форма — чёрно-золотая, подчёркивающая плечи и талию так, что я на мгновение забыла, как дышать. На груди сиял герб рода — теперь, без проклятия, яркий, живой. Он — живой.
Его глаза нашли меня почти сразу.
Илар ещё что-то говорил за спиной, но я уже не слышала ни слова. Всё вокруг сузилось до одной точки — к нему. К его шагам. К тому, как уголки его губ едва заметно приподнялись… почти неуловимо.
Но для меня — более чем достаточно.
Он шёл ко мне. И в груди, кажется, поселилась маленькая молния, которая яростно требовала: ну же, давай, ещё шаг, ещё…