— Это бесчеловечно! Так поступать могут только подлые и гнусные бандиты!

Эх, как понесло немца! Пора притормаживать.

— Генерал!!! Вы уже несколько раз назвали меня бандитом! Я — дворянин! Надеюсь, вы — тоже благородного происхождения! Вам влепить пощечину, или так примете вызов на дуэль⁈.. Возьмите любого своего офицера в секунданты, и — прямо здесь и сейчас! Выбор оружия — за мной!.. А может быть, мои, как вы говорите, «бандиты» сделают с вашими сестрами милосердия то же, что германские солдаты делают с НАШИМИ девушками⁈ Лазарет, насколько я знаю, находится в НАШЕЙ, православной церкви! Кроватей там хватит, а чтобы раненые не мешали, мы их выкинем на мороз! Так же, как поступают солдаты кайзера с НАШИМИ пленными!.. Хотите, я принесу плетку, которую мы отобрали у германского фельдфебеля, и покажу, как можно изуродовать человека с ее помощью?!!.. Что ж вы молчите? Нечего ответить, а, господин генерал⁈

Что-то неуловимо поменялось в собеседнике. Две минуты назад передо мной сидел генерал, а сейчас на его месте вижу пожилого, ссутулившегося человека в красивом мундире, уставившегося взглядом в пол.

— Подумайте, герр фон Гутьер… От вас зависит, останутся жить ваши солдаты или умрут. Бесполезно… Даю вам время до шести утра… Я выставлю здесь пост. — Глядя на недоумевающего генерала, объясняю: — Ну, не привязывать же вас к кровати. А когда я просил дать слово офицера, вы промолчали…

Выхожу покурить и проверить посты, и буквально тут же, отсвистав положенный сигнал, появляется Анатоль с десятком своих кентавров.

— У меня все в ажуре. Лазарет, казино и солдатский дом взяли легко, никто и не дернулся. С комендантской ротой — хуже. В одном из домов гансы начали стрелять, пришлось покрошить их через окна из «мадсенов». Больше никто не сопротивлялся. У меня двое убитых и один раненый. На всех въездах выставил посты с МГ, пустил патрули. Хотя, я думаю, ночью германцы не сунутся.

— Пленных куда дел?

— Офицеров в костеле запер. — Дольский весело улыбается. — Хотел в синагогу сначала, но потом подумал, что местные обидятся. Солдаты — в пустом пакгаузе. Тесновато там, ну да как-нибудь переживут — в тесноте, да не в обиде. Лазарет — на месте, своих предупредил, чтобы фройлен не трогали… А у тебя что?

— А у меня, Анатолий Иванович, полный штаб пленных во главе с командиром корпуса, который думает до утра, отдать приказ о сдаче или нет.

— А если откажется?

— Посмотрим. Будет день — будет и пища.

— Кстати о пище. Не хочешь прокатиться в казино? Там неплохое по фронтовым меркам меню.

— Не-а, не хочу. Бойцы — на консервах, а мы — по ресторациям? Тем более, есть еще одно дело. Хочу попробовать с нашим генералом связаться. По радио. Он же с собой походную радиостанцию таскает…