Семь!

Кэт бы этого не выдержала. Точно бы не выдержала.

Она почувствовала рядом с собой ногу Дэна, и сама мысль о сексе с ним показалась ей странной. Даже глуповатой. Все эти стоны, крики, охи, ахи, начнем так, а теперь вот так, я делаю это, ты – то, а ты вот так, а я – вот так…

Скучно.

Она перекатилась на спину и уставилась в потолок. Под простыней на матрасе она нащупала маленькие пуговицы.

Он ей даже не очень-то нравился.

Да и вообще никто ей не нравился.

Запикал будильник, и рука Дэна потянулась и машинально нажала на кнопку.

«Не встану, – подумала она. – Так и буду лежать – весь день, каждый день… Всю жизнь».

– Слушай! А что, если я приглашу тебя на хороший ужин в какой-нибудь классный ресторан? Посидим вдвоем, ты да я. Как тебе идея? Неплохо, да? Ну, изобрази улыбку на своей мордашке!

– Нет, папа. Но спасибо.

– Ну тогда обед. Даже лучше. Как тебе легкий обед?

– Нет. Может быть, в другой раз.

– А если с мамой? Втроем? Это уже будет совсем другое дело, да? Ха-ха!

– Да, это будет совсем другое дело. Ха-ха. Но все равно – нет. Я очень устала, папа. Мне нужно идти.

– А, ну ладно… Может, в другой раз. Позвони мне, когда тебе будет получше. Пока, дорогая.

Кэт уронила руку, и телефон упал на ковер рядом с кроватью.

Она зевнула во весь рот, подумала, что надо бы поднять голову, посмотреть, который час, но для этого пустякового дела нужна была масса сил, которых у нее не было. Она не вставала. Она лежала в постели третий день, хотя казалось, что лежит тут всю жизнь. Огромные куски времени пропадали в глубоком, тяжелом, как будто наркотическом сне, который засасывал ее, точно песок. Просыпаясь, она чувствовала себя разбитой, глаза зудели, во рту был неприятный привкус.

Она перевернулась на бок и поменяла местами подушки.

Отец говорил с ней по телефону, словно продавец подержанных машин. Когда что-то было не так, он всегда начинал говорить таким нарочито веселым тоном, словно мог впихнуть тебя обратно в счастье, точно бульдозером.

В хорошие времена и отец был лучше.

Кэт ясно вспомнила один случай и даже ощутила все запахи. Пахло холодным, свежим субботним утром и нетболом. Сладким до тошноты дезодорантом «Импульс», которым пользовались все трое, дольками апельсина, которые мама укладывала в контейнер «Таппевер». Они вечно опаздывали, потому что Максин ехала очень медленно, но все-таки они добирались до нетбольных площадок – и здесь их ждал отец.

Они не видели его целую неделю, а он уже приехал и теперь махал им рукой. Он болтал с другими родителями, а Кэт, обутая в кеды, неслась к нему по гравию, засовывала голову ему под мышку, и он прижимал ее к себе.