Фрэнк поднял глаза от сковороды, в которой он мешал соус для пасты, невинно посмотрел на нее и продолжил насвистывать. Это была очень вольная версия «Свадебного марша».
– Ты, пап, настоящая сосиска в тесте.
И, к собственному удивлению, Лин потянулась к отцовской щеке и поцеловала его.
– Да я настоящий везунчик! – сказал Фрэнк.
Глава 28
Бутылочки. Соски. Подгузники. Салфетки. Лосьон. Присыпка. Книжка сказок на ночь. Пижама. Комбинезон на завтра. Запасной комплект на сегодняшний вечер. Прикольная игрушка для купания. Мягкая игрушка для сна. Погремушка, чтобы его отвлекать. Игрушка, которая умеет хныкать. А! Еще какая-нибудь из тех игрушек, которые они ему подарили. Хорошо бы было. Любимое яблочно-персиковое пюре. Пакет сухариков.
Что еще?
Джемма собирала сумку для первого в жизни путешествия Сэла. Его отправляли к родителям Чарли, потому что Джемма и Чарли шли на свадьбу.
Родителям Чарли Джемма не особенно нравилась. То, что их сын стремительно стал отцом, было подозрительно и не очень хорошо. И потом, они связывали Джемму с Дэном, совершенно неподходящим для их младшей дочери новым молодым человеком, который утащил ее во Францию и даже не дал доучиться на юридическом факультете.
Когда они навещали его родителей, Джемма тихо сидела и натянуто улыбалась, а Чарли с родителями говорил по-итальянски – сердито, быстро, как будто строчил из пулемета. Его неулыбчивая мать толкала тарелки с едой в направлении Джеммы, а отец беспрестанно барабанил по столу. Это было ужасно. Джемма привыкла нравиться людям.
– Нет, Джемма, а чего ты хочешь? – негодовала Максин. – Мне бы ты тоже не понравилась!
Но его родителям очень нравился Сэл, а Сэлу очень нравились они – до того, что он прямо вырывался из ее рук, завидев бабушку с дедушкой.
Джемма застегнула молнию на набитой сумке и мысленно еще раз прошлась по списку. Наверняка она забыла что-то очень нужное, а значит, подтвердит их подозрение в том, что она неаккуратная, неумелая мать.
А если они откажутся возвратить Сэла? Если они обратятся в отдел по работе с населением и скажут: «Посмотрите только на сумку, которую она собрала для сына! Можете в это поверить? А еще матерью себя называет!»
От одной этой мысли ей стало не по себе. А если они еще узнают, что она хотела отдать Сэла на усыновление, хотела отказаться от него… «Он никогда не был у тебя на первом месте», – сказали бы они.
В самые первые месяцы, когда Сэл то и дело принимался плакать безо всякой причины, в его голосе Джемме слышалось самое настоящее горе: «Ты никогда меня не хотела! Ты чуть было меня не отдала!»