И она ходила, ходила, ходила по прихожей маленькой квартирки Чарли, укачивала, похлопывала, просила перестать, перестать, перестать, а вина терзала ее до боли под ложечкой.

Как-то, в три часа ночи, после двух часов непрерывного рева, Чарли с красными от усталости глазами заявил:

– А что, если позвонить Кэт? Скажем ей, что передумали. Пусть забирает его, в конце концов.

Джемма разрыдалась.

– Да пошутил я! – Чарли выглядел расстроенным, и Джемма зарыдала еще горше оттого, что он такой милый, такой чудесный и она чуть не бросила его («Это, значит, вы разбили ему сердце?» – сказал лучший друг Чарли, когда познакомился с Джеммой).

– Может, это у тебя послеродовая депрессия? – предположил Чарли, когда Джемма и Сэл хлюпали у него на груди.

– Это у меня послемоя депрессия.

Наутро Чарли позвонил Максин, и она появилась незамедлительно, как кавалерийский полк.

– Три! – воскликнула Джемма, глядя, как она укачивает ребенка. – У тебя было три таких Сэла, три сразу! И это в двадцать лет!

– Это был кошмар эпических масштабов, – величаво произнесла Максин. – Самое тяжелое время в моей жизни.

– Представляю себе! – вздохнула Джемма. – Боже мой…

– Твоя сестра сказала то же самое, когда Мэдди было несколько месяцев. Теперь вот жду, когда Кэт сделает такое же открытие. Тогда и буду совсем довольна. – (Головка Сэла сонно моталась на сгибе локтя Максин.) – Все время какая-нибудь из вас плакала. – Она провела пальцем по ресничкам Сэла. – Все время… Я, помню, просто дождаться не могла, когда вы все трое замолчите.

Джемма наконец перестала терзаться и понесла тяжелую сумку к двери.

– Выезжаем через двадцать минут, если хотим прибыть вовремя, – сказал Чарли из спальни, где он одевал Сэла. – Слышала? Через двадцать минут!

Он говорил слегка раздраженно.

Смешно, но Джемме даже нравилось, когда он на нее сердился. Он не становился другим человеком. Он не пугал ее. Он не делал так, что ей было стыдно.

Просто время от времени он впадал в плохое настроение. Как все нормальные люди.

Иногда она заранее чувствовала, как ее до костей пробирает ледяной ветерок, но теперь у нее было средство от этого. Она сразу вспоминала вечер, когда на свет появился Сэл, она лежала в больнице и слушала в мобильном телефоне голос Чарли – он объяснял ей, как работает электрическая лампочка: «Там такая тоненькая проволочка, она сопротивляется потоку электричества. Вот почему нить светится… Все на земле течет, понимаешь… Слушай, Джемма, а ты ведь не собираешься менять проводку или что-нибудь в этом роде?»

Его слова вспоминались как строки прекрасного стихотворения: «…Она сопротивляется потоку электричества… Вот почему нить светится…»