Гонг.

Мамонт взревел, опуская бивни для тарана.

— Шаг влево! — воскликнул я, точно в такт шагам зверя.

Анна, с её безупречной дисциплиной, исполнила команду нота в ноту. Матильда скользнула в сторону.

— Подсечка! Прыжок! — мой голос звучал действительно как метроном, задающий ритм смертельного танца.

Блондинка и лиса работали как единый, совершенный механизм. Они уходили от ударов за миллисекунды до контакта, плетя вокруг неповоротливого, ослеплённого яростью мамонта паутину из быстрых и точных манёвров.

Это было похоже на то, как мы проходили полосу препятствий с гирями в пустом зале. Иначе как танцем это я не мог назвать. Очень красивым танцем.

— Удар! — выкрикнул я.

Матильда взвилась в воздух, оттолкнувшись от колена Анны, прошуршала под мамонтом, который попытался её раздавить, падая брюхом на песок.

Но он опоздал.

— Куда⁈ — выплюнул Бугор, вскидывая перед собой удлинённое кинетическое копьё.

Пока он совершал это движение, Матильда уже была рядом. Она врезалась в гладиатора четырьмя лапами, точно в нагрудный доспех Бугра, вырывая центральный элемент вместе с куском кожаной подкладки.

Сирена взвыла, и этот звук был для меня слаще мёда.

Пятьдесят восемь секунд! Чистая победа! Да ещё и с опережением по таймингу!

Многие на трибунах, ожидавшие лёгкого избиения аутсайдеров, на секунду онемели, остальные взорвались оглушительным рёвом.

Счет стал 2:2. Но по правилу экстра-баллов за досрочные победы «Огненные львы» получают ещё один балл в свой актив и проходят на следующий этап Бетонки. Итоговый счет теперь 2:3.

Мы победили.

— Спасибо, тренер! — широко улыбнулась мне Анна, уводя с арены Матильду.

Гигантское электронное табло под сводами промышленного цеха мигнуло, обновляя турнирную сетку. Напротив названия гильдии «Огненные львы» загорелась яркая зелёная плашка:

«ПЕРВЫЙ ЭТАП ПРОЙДЕН. ВЫХОД ВО ВТОРОЙ ЭТАП».

Трибуны продолжали гудеть, а наша команда, тяжело дыша, стягивалась к зоне отдыха. В глазах ребят читалась усталость от напряжения, смешанная с адреналиновым восторгом выживших. Мы сделали то, во что не верил никто из пары тысяч зрителей на трибунах.

Краем глаза я посмотрел на своих. Никто не бросился друг к другу обниматься. Все-таки до команды им еще далеко. Я посмотрел на Киру. Та лишь одобрительно кивнула. Но это была лишь маска. На людях ей нужно было себя так вести. Вот когда останемся вдвоем, там она покажет своё истинное лицо.

Белов напрочь забыл про свой секундомер. Он лихорадочно водил пальцем по экрану планшета, изучая обновлённые результаты остальных групп. Бывший наставник мгновенно включился в аналитическую работу.