Следующие полминуты Неон только уходил. Уклон, отскок от барьера, проскальзывание под занесённой лапой — тигр давил серией, срезая барсу пространство, и с каждым заходом свободной арены за спиной Неона оставалось меньше. Очередная атака чиркнула когтями по наплечнику: композит выдержал, но судья на вышке подался вперёд, выцеливая касание. Трибуны взвыли.

— Неон!!! — сорванным голосом закричал Дэнни, и я услышал в этом крике всю цену поражения, которую мажор знал лучше любого человека на этой арене.

Паника проводника по Сопряжению течёт прямо в зверя. Ещё пара таких криков и барс задёргается.

— Ветров! Спокойно! — мой голос пробил рёв трибун. — Канал вздувается! Соберись и бей на вдохе!

Я считал это с первой атаки. Перекачанный эфирный канал на шее саблезуба пульсировал в рваном ритме разгона: два коротких такта, а на третьем он вздувался, выпирая под шкурой беззащитным жгутом. Окно длиной в один вдох.

Дэнни услышал. Задышал глубже, перестал дёргать плечами и начал ловить чужой ритм.

Тигр прыгнул, мощно отталкиваясь лапами и взметая за собой песчаный столб.

— Щёлк! — звонкий щелчок пальцев от Дэнни разрезал грохот арены.

Неон, спасаясь от летящей на него массы, на совершенно немыслимой для обычного зверя скорости скользнул вправо. Тигр поймал воздух, открыл незащищённый бок и ровно в этот такт, на вдохе, жгут на его шее вздулся.

Хрустальная лапа барса, усиленная инерцией уклонения, врезалась в шею саблезуба, ударяя по вздутому от стимуляторов эфирному каналу. Тигр обмяк и рухнул. Уже лёжа он попытался подняться: химия гнала тушу в бой даже из беспамятства, но передние лапы разъехались, и зверь затих.

Сирена. Чистая победа!

Дэнни стоял посреди арены, тяжело дыша и не слыша трибун. Потом бросил дубинку и побежал к Неону.

Трибуны охнули. А я смотрел на Дэнни. После гонга мажор не стал искать глазами камеры смартфонов. Он, тяжело дыша, упал на колени прямо в песок и принялся судорожно гладить Неона по влажной холке.

Счёт стал 1:2.

— Савельева, — я повернулся к Анне, прикидывая весь расклад. — Наш выход в следующий этап только через досрочную победу с экстра-баллами. В противном случае мы проиграем по очкам. Слушай меня или проиграем!

Против Анны выходил сам капитан «Бивней», Бугор, со своим мамонтом-полукровкой. Массивный зверь неистово грёб перед собой бивнями песок, намекая, что лёгкой прогулки не получится.

Я встал у самой кромки арены, игнорируя предупреждающие крики судей. Да понимаю я, зачем орать? Заступлю за черту — нашу команду дисквалифицируют.

Сейчас я смотрел в сторону мамонта, читал его биомеханику, следил, как работают перекачанные химией мышцы и центр тяжести, на три хода вперёд.