«Великолепно! Вторая тоже есть. Осталось „придумать“ ещё одну».
Погружённый в эти мысли открыл дверь, ведущую в коридор. Но уйти не успел.
— Подожди! — остановил меня Лебедев. — Ты куда?
— К себе в каюту. Подумать надо. А потом, наверное, к капитану схожу. Узнаю, когда он сможет мне предоставить катер, который отвезёт на «Ласточку».
— Я с ним разговаривал. Он заверил меня, что водная гладь спокойная. Ты можешь отбыть в любой момент, через полчаса после того, как скажешь о своих намерениях. Так что, если ты готов, то я сам передам капитану. Или тебе нужно время чтобы отдохнуть?
— Э-э, — удивился я такой спешке и поинтересовался: — Что, настолько срочно?
— Очень срочно! Чем скорее, тем лучше! Москва ждёт этого от нас.
— Офигеть! Хорошо. Скажите капитану, что мы отбываем туда через час.
— Договорились, — кивнул мидовец, на секунду задумался и зацепился за слово повторив: — Мы?
— Конечно «мы», — не менее собеседника удивился я его не пониманию. — Вы что, прикажите мне, партии женского вокала записывать?
— Женского? Гм… Нет конечно.
— То-то.
— Тогда кому? — не сообразил Лебедев, но через секунду какая-то мысль пришла к нему в голову, от ужаса он широко открыл глаза и прошипел: — Американкам? — после чего неожиданно громко выпалил: — Дочек американского посланника я тебе брать запрещаю! Ты слышишь меня? Запрещаю! Категорически!!
— Э-э, да я и не собирался. Я Севу и Юлю хотел взять себе в помощь, — успокоил я его, разумеется, частично соврав, ибо идея взять сестёр у меня таки была.
— А, ну это другое дело, — обрадовался мидовец, и как мне показалось, облегчённо вздохнув, всемилостивейше соизволил позволить: — Этих бери. Тем более Берёзкина и Бурштейн вроде бы собираются бракосочетаться?
— Вроде бы.
— Тогда бери.
— Акейно! — подвёл итог дискуссии, бывший пионер, и пошёл искать рыжуху и друга Савелия, которые должны были в это время, находится в спортивном зале.
Но, естественно, по закону подлости, далеко уйти я не успел.
— Стой! — окрикнули меня, когда я был у лестничного пролёта.
Обернулся и увидел спешащего в мою сторону Кравцова.
В голове пронеслось:
«Блин, сейчас предъявлять будет за мои похождения»…
Чтобы это не случилось, решил предупредить возможный конфликт, поэтому улыбнулся и добродушно произнёс:
— Товарищ Кравцов, чего такой не весёлый?
— А чему веселиться? — приблизился тот, подойдя почти вплотную.
Я сделал шаг назад, и всё ещё дружелюбно спросил:
— Ты ругаться собрался?
Тот помолчал несколько секунд, а потом, тяжело вздохнув, покачал головой.
— Нет.
— Хорошо.
Кравцов горестно усмехнулся и посмотрел в иллюминатор.