Конец фильма

Я встал, включил свет и, зевнув, спросил:

— Ну как?

И хотя в первую очередь вопрос был обращён к Лебедеву, тот не ответил. Он продолжал сидеть, не двигаясь, и смотреть на пустой экран.

Минаев же повернул ко мне свою голову и ошеломлённо прошептал:

— Саша, у нас же с тобой вроде бы всё было хорошо. Мы же… Мы же помогали тебе во всём… Мы же всё делали для того, чтобы у тебя — у нас всё получилось.

— Да. Я это и не скрываю в этом документальном фильме, — не понял я. — Вам, что, показалось, что я себе всю славу присвоил? Так нет, я вас всех не раз упоминаю на протяжении всей картины. Естественно, за исключением товарища Кравцова. Из-за специфики его работы он будет упомянут только в титрах.

— Вот именно…

— Что не так? — всё равно не понял я и посмотрел на мидовца: — Товарищ Лебедев, Вы чего застыли? Скажите, Вам тоже не понравилось? Что именно?

Тот посмотрел на меня, чуть пожевал губы и спросил:

— Ты на что-то обижен? Мы что-то сделали тебе плохого, и ты хочешь отомстить нам таким образом?

— И Вы туда же⁈ — взорвался я и посмотрел на гэбиста. — Да объясните, наконец, что не так?!?!

— Да всё тут не так, Васин, — взял слово Кравцов. — Ты сам-то понял, что ты снял?

— Фильм о трудностях, которые возникли при съёмках. Конечно, я чуть перекрутил эти самые трудности. Но сделано это было исключительно для того, чтобы усилить зрелищность и создать у зрителя ощущение, что нам пришлось неимоверно трудно.

— Перекрутил? Чуть? Гм, ну это ты так думаешь, а другие могут подумать по-другому. И будь уверен — они именно по-другому и подумают! — покачал головой Минаев.

— Как?

— Поясню, — сказал кагэбэшник и стал раскладывать всё по полочкам: — Ты говоришь про то, что на актёров напала акула? А это значит, что? Правильно! Это значит, что руководство в нашем лице не предупредило группу об опасности и не создало условий для безопасного купания. Ты говоришь про многочисленные травмы? А это значит что? То же — правильно! Это значит, что мы не обучили коллектив технике безопасности. Ты говоришь про то, что сами построили дома в джунглях? А это в свою очередь означает, что все руководители и лица, обеспечивающие эту съёмку крайне халатно отнеслись к своим служебным обязанностям и не предусмотрели место проживания актёров и съёмочной группы заранее.

Итог твоего фильма один — полностью бездарное руководство, как тут, так и в Москве, которое отправило людей фактически на убой, не обеспечив абсолютно ничем.

Ну а за скобки ещё можно вынести то, что ты часто упоминаешь про некую «кровавую жатву». И если учесть, что мы снимаем, как раз находясь на самом настоящем острове, то интерпретаций такой трактовки может быть множество. И все они будут нелицеприятными.