— Ну ты представь только: ночь, луна, кладбище, зловещие тени от памятных плит, и мы бредем среди этих надгробий с горящими фонарями и лопатами наперевес, всматриваясь в имена мертвецов, и шугаемся появления сторожа, — стал подначивать подругу Артем. — Чем тебе не рисковое приключение?

— Да пошел ты!.. Я серьезно, а он… — не договорив, девушка выскочила обратно в коридор.

— Вик, полотенце, пожалуйста, принеси, — бросил ей вдогонку Артем, отворяя стеклянную дверцу душевой.

— На!.. — из приоткрывшейся двери ванной ему в лицо влетела сорванная девушкой с груди влажная накидка.

— Блин, Вика! Там в шкафу сухих же полно! Че ты мне мокрое свое швырнула⁈

— Ну ты ж у нас не из брезгливых, — фыркнула напарница в ответ и голышом сбежала на кухню, разогревать чайник.

Но когда в халате вышедший из ванной Артем тоже зарулил на кухню, девушку там он застал уже во вполне пристойном виде: облаченной в одну из его домашних маек, словно платье, висящей на точеной девичей фигурке.

— Чай будешь? — буркнула Вика, выключая закипающий электрочайник.

— Угу, — кивнул Артем, опускаясь на ближайший табурет.

Вика разлила по кружкам кипяток и, бросив в каждую по пакетику с чаем, аккуратно перенесла обе на стол.

— Эй, да хорош уже дуться-то, — проворчал Артем, вытаскивая пару приглянувшихся печенек из стоящей на столешнице вазочке.

— Да блин! Я как представлю, что придется в земле кладбищенской ковыряться, а потом со смердящим трупаком возиться, меня аж наизнанку выворачивает от отвращения, — возмутилась Вика, тоже присаживаясь на соседнюю табуретку. — Мы же с тобой этим зловоньем насквозь провоняем. Брр!

— Да брось, — откликнулся Артем, с аппетитом хрумкая печеньем и запивая чаем. — За год под землей труп благополучно уже истлел и превратился в безобидный скелет. Фиг знает, пованивать все равно, наверное, будет конечно. Но вовсе не так убийственно, как ты описываешь.

— Ну да, тебе легко говорить, — фыркнула Вика, так и не притронувшись еще ни разу к своей кружке. — У тебя, вон, полный шкаф барахла. Что-то в негодность пришло — выбросил и одел другое, делов-то. А мне как быть с одним единственным платьем? А?.. Оно мало что мертвечиной провоняет, еще и в земле перепачкается так, что потом нипочем не отстираешь. И так уже вон шов какой безобразный на пузе.

— Да брось, ты классно зашила, почти незаметно.

— Издеваешься?.. Ну-ну.

— Да че ты, Вик, я ж тебе правду говорю. Если не приглядываться, ничего почти там не видно. У тебя, подруга, похоже талант к шитью. Кстати, у меня в нижнем ящике комода, там, в спальне, носков рваных немерено. Может ты их мне тоже заштопаешь. Чисто по-дружески.