— Ленусик, когда вы перестанете меня игнорировать? — тем временем декламировал Славик таким тоном, словно читал творчество кого-то из поэтов позапрошлого века. — Моё сердце просто разрывается на части!

Витёк и Лёха хихикали — возможно, бутылку они «оформили» на троих — и преграждали девчонке путь вбок, хотя рук не распускали.

— Ващенко, давай поговорим, когда протрезвеешь? — Леночка держала книги обеими руками, уклоняясь от пятерни Славика, а очки её тем временем сползли на кончик носа, угрожая свалиться.

И, главное, народу больше никого… Хотя дежурные должны быть здесь — только что же их видел. Придётся вмешаться, хотя мне конфликт с Ващенко совсем не нужен — тот ещё типчик. И тем более конфликт мне не нужен сейчас…

— Славик, ты чего опять как маленький? — всё же не выдержал я. — Расстроен, что у Ленки косичек нет, подёргать не за что? Так это твои проблемы!

И тут же подумал, что перегнул: Ващенко выпрямился, моментально потеряв интерес к Леночке, глаза его потемнели. Дружки набычились — видимо, понимая, к чему идёт.

— Не понял, Матвеев. Тебе что, больше всех надо?

Тон у него был совсем не тот, как только что с Васильевой — от дурашливости не осталось и следа. Нас разделяло метра три — конечно, боевое колдовство он не применит, он не дурак, но вот врезать может всерьёз — мы с ним явно в разном весе, шансов справиться своими силами у меня практически нет.

Крикнуть дежурного? Ни за что. Но и ждать нельзя. Бить первым — тоже. По крайней мере, физически…

Я на секунду закрыл глаза, сосредоточился, почувствовал покалывание в висках — и словно метнул в Славика то, что толком понимаю только я. Сам для себя я называю это «минутным порывом».

Ващенко перехватил бутыль, поднял руку с ней, не обращая внимания, что энергетик льётся из открытого горлышка, и что есть силы саданул себя по голове — резко, агрессивно. Кто не знает настоящей причины — не удивится: со стороны это выглядит так, словно он хотел разбить бутылку о голову, чтобы использовать оставшуюся «розочку» как оружие. Бывает такое, особенно среди работяг — знаю, читал городские сводки…

Вот только «зеркаловские» бутылки заметно крепче городских. Может, и удар был не особо сильным — мозг дал команду телу под влиянием моего «минутного порыва», но тело этот рефлекс никогда не отрабатывало, а потому, как говорят «провалившиеся», «сработало на отвали».

Бутылка, конечно же, не разбилась, а Славик остался стоять, тупо глядя на меня и покачиваясь — ну да, после удара бутылкой по темечку… Леночка, презрительно-насмешливо фыркнув, отскочила в сторону — дружки и не подумали её тронуть, их внимание было сосредоточено на опростоволосившемся главаре.