Мы прошли в бар и заняли места у стойки на высоких стульях. Лика заказала напитки, и пока молодой бармен готовил их, я рассказала подруге о документе. О своих сомнениях и нерешительности.

— Хреново это все, — сказала Лика и забрала свой синий коктейль с белой трубочкой. — Как подруга я тебе посоветую отдать документ Юре и освободиться. Остальное не твои проблемы.

— А если не как подруга? — спросила я, делая глоток холодного коктейля с мятой.

— Здесь сложнее. Попробовать узнать, куда ушли деньги. Но ведь даже если Соколов окажется ангелом, Юра ведь не остановится?

Я кивнула. Юра нужна сенсация. Громкая, разносящая в пух и прах бизнесмена. Ему не интересны добрые дела и поступки — такие вещи и люди-то читают с неохотой. А вот полить грязью, обмакнуть в дерьмо с головой — пожалуйста.

— Думаешь, нужно остаться и попробовать выяснить? — осторожно спросила я.

Лика пожала плечами и сморщила нос.

— Детка, если бы я знала…

Я вздохнула от разочарования — не такого ответа ожидала. Думала, подруга за волосы меня потащит к Юре и заставит отдать документ. Но она тоже не всезнайка, как и я.

Что важнее: получить нечестную свободу или остаться прикованной, но не воевать с собственной совестью? Я не знала. Когда-то я пыталась освободить птицу, но меня освободить не может никто. И пока я сама не перережу веревки, так и буду сидеть на жердочке, жалуясь на сломанное крыло.

Я крутила в руке фужер, думая, как поступить правильно. Но решение не приходило. Любое мое решение может быть неправильным.

— Дай бутылку вон квадратную, — заголосили рядом со мной, и я резко повернула голову.

Рядом со мной стоял Павел, опираясь руками на барную стойку.

— Паш, привет, — сказала я с легкой улыбкой.

Он с удивлением посмотрел на меня, потом на Лику, уже выглядывающую из-за моего плеча.

— Марго! — произнес он и обернулся.

Я проследила за его взглядом, и внутри похолодело. Соколов тоже здесь. А рядом с ним две хорошенькие девицы.

— Как дела, девчонки? — пробормотал Паша странно испуганным тоном.

— Отдыхаем, — ответила я.

— Приятного вечера! — улыбнулся Павел и поторопился уйти.

Я смотрела, как он возвращается за столик. Рядом с Соколовым сидела рыжая девчонка и что-то ему говорила, облокотившись ладонью на его руку. Я стиснула челюсти и отвернулась.

— Это что, они? — зашептала Лика. — Матерь божья, теперь я понимаю, почему ты запала.

— Прекрати, — шикнула я. — И не смотри!

Подруга снова повернулась к бармену и допила коктейль. Но то, что слова крутились на языке, было понятно по её дерганным рукам.

— Что они делают? — спросила я через пару минут, когда жгучая ревность дошла уже до горла.