Я простояла у двери минут десять. Или двадцать. Или час. Тело затекло от напряженной позы, от каблуков ныли ноги. Страх медленно отпускал, уступая место пониманию — слежка. Кто-то следит за мной, и теперь он знает, где я живу.
Но кто это?
Глава № 16 Сергей
Я смотрел, как маленькие льдинки бьются об стенку бокала, а на виски образуется водоворот. Делал по маленькому глотку, ощущая привкус мускатного ореха на языке. Пить в будний день — не моя привычка, но сегодня я нуждался в этом. Оставаться в одиночестве больше не мог и оказался здесь. На светлой кухне друга, в его компании и со стаканом в руке.
— Ленку видел на днях, — сказал Паша, допивая свою порцию.
— И как? — хмыкнул я.
— Вообще не меняется. Платье только короче стало.
Я покачал головой и закатал рукава рубашки. В кухне работал кондиционер, но жар на теле не спадал.
— А ты что думал? Она растолстеет? Полысеет?
— Нет, — скривился друг. — Я думал, она в бабу Ягу превратится.
Я хохотнул и допил виски. Льдинки хрустнули на зубах и укололи язык.
— Слушай, она всегда была скучной и занудой. Ты бы сам долго не выдержал, — сказал я, пытаясь поддержать его.
Но таланта поддерживать других у меня никогда не было. Когда Пашка развелся, я помогал только компанией. Мы пили. Ходили по барам и клубам, хотя я их всегда терпеть не мог. Но нужных слов найти не мог.
— Ты тоже скучный и зануда, но тебя же я терплю, — отреагировал Пашка и плеснул ещё виски в стакан.
— Мне по статусу положено, — кивнул я.
Пашка фыркнул и достал из холодильника запеченную курицу. Поставил на стол и начал отламывать кусочки руками, запихивая холодное мясо в рот.
— Что с Лизой? — пробормотал он с набитым ртом.
— Я теперь знаю, где она живет, с кем общается и даже чем ужинает, — сказал я. — Если она что-нибудь сделает, я эту инфу отправлю в прессу или сеть. Думаю, её бывшим будет это очень интересно.
— Негодяй, — отреагировал друг, жуя курицу и хватая жирными пальцами стакан. — Это ее убьет.
Я закинул руку на спинку стула и посмотрел на Пашку.
— Я знаю. На это и расчет.
— Осуждаешь их за то, что они копаются в чужом белье, а сам залез туда с ногами?
— Паш, если она накопает что-нибудь, я припугну ее!
Под Пашкино качание головой поднялся со стула, намочил руки холодной водой и умыл лицо. Жар не отпускал.
— Ей придется отступить, чтобы спасти свою шкуру, — добавил я.
— Так сделай это сейчас, до того, как она накопала. Пусть уйдет и бросит тягаться с тобой в находчивости.
— Она готовит корпоратив. Я не хочу этим заниматься, — сказал я, возвращаясь к столу.
Пашка вытер руки и лицо полотенцем, и по его довольной ухмылке было ясно — со мной он не согласен. И когда он стал таким правильным?