Споткнувшись, я схватилась за стену, чтобы удержать равновесие. А когда подняла глаза, его взгляд был прикован ко мне, уголки губ подергивались в ухмылке.
— Нет, нет… — Я сползла на несколько ступенек вниз.
— Не беспокойся, — заявил парень. — Я лишь понюхаю тебя. Он захочет снять первую пробу.
Он? Скользнув взглядом вниз, у подножия лестницы я заметила подставку с зонтами. Добротными, остроконечными. Сойдет .
— Женщин сюда не приводят. По крайней мере, тех, которых нам можно трогать.
Тэйлор подходил все ближе, а я продолжала пятиться. Если брошусь за зонтом, он сможет меня поймать? Попытается это сделать?
— Никаких женщин, никакой связи с внешним миром. Никаких наркотиков, выпивки, сигарет.
— Что такое Блэкчерч?
— Тюрьма.
Я осмотрелась, отмечая мраморные полы, роскошную мебель, ковры, вычурную золотую отделку, статуи, и пробормотала:
— Хорошая тюрьма.
Как бы его ни использовали теперь, раньше этот особняк… или замок… был чьим-то домом.
— Неофициальная, — вздохнул парень. — Куда, по-твоему, директора компаний и сенаторы отправляют своих проблемных детей, если им нужно от них избавиться?
— Сенаторы… — Я умолкла, ощутив, как накатывают воспоминания.
— Некоторые важные люди не могут допустить, чтобы в новостях трубили об их сыновьях — их наследниках, — застуканных за грязными делишками, попавших в тюрьму или реабилитационный центр, — пояснил Тэйлор. — Когда мы становимся обузой, нас ссылают сюда, чтобы утихомирить. Иногда на несколько месяцев. — Он снова вздохнул. — Кто-то торчит тут годами.
Сыновья. Наследники.
Внезапно меня осенило.
Блэкчерч .
Нет.
Нет, он наверняка лгал. Я слышала об этом месте. Но это лишь городская легенда, которой богачи пугают своих детей, чтобы удержать их в узде. Уединенная резиденция, куда сыновей отправляют в качестве наказания, давая при этом полную свободу делать друг с другом что вздумается. Типа «Повелителя мух» [1] , только в смокингах.
Однако в действительности этого места не существовало. Я права?
— Тут есть другие? — уточнила я. — Вроде тебя?
Губы парня растянулись в злорадной улыбке, отчего в животе у меня завязался тугой узел.
— О, несколько, — проворковал Тэйлор. — Грэйсон вернется с охотничьим отрядом сегодня вечером.
Я оторопела. Голова закружилась.
Нет, нет, нет…
Он сказал, сенаторы .
Грэйсон .
Дерьмо.
— Грэйсон? — пробубнила я, обращаясь скорее к себе. — Уилл Грэйсон?
Он здесь?
Однако Тэйлор Динеску — сын владельца «Нефтяной корпорации Динеску», насколько я могла судить, — проигнорировал мой вопрос.
— У нас есть все необходимое для выживания, правда, если захотим мяса, приходится охотиться.