Улыбнувшись ей, я надеялась, что она действительно не примет мои слова близко к сердцу. Мне хотелось уехать как можно дальше из нашего города по разным причинам, но лишь одна будет способна вернуть меня сюда после отъезда.
— Неужели в Тандер-Бэйе нет ничего дорогого для тебя? — поинтересовалась девушка.
Я опустила глаза на мгновение, затем снова взглянула на нее.
— А почему, думаешь, я все еще здесь?
Открыв шкафчик, я показала ей дверцу. Там, вместо стикера «Троянцев» или другой эмблемы, висела единственная фотография — мы с бабушкой на пикнике в парке в честь моего одиннадцатилетия.
Моя оливковая кожа выглядела темнее обычного на фоне голубой майки, тем летом я много времени провела под солнцем, щеки разрумянились. У меня не было никаких забот, кроме мыслей, какие развлечения ждали на следующий день. А очки, как всегда, казались слишком большими для моего лица, независимо от их размера. Я была чудаковатой и счастливой. От воспоминаний о женщине с этого фото, совершенно не похожей на ту, которая сейчас лежала в кровати дома, в горле начало покалывать из-за подступивших слез.
Посмотрев на Эль, я слабо улыбнулась. Моя бабушка — единственная, ради кого я вернусь в город.
Перспектива уехать в колледж и оставить ее здесь, если она к тому моменту все еще будет жива, представлялась практически немыслимой.
Я потерла глаза под очками, затем положила форму в шкафчик. Однако, заметив что-то, подняла взгляд.
Что это? Прищурившись, взяла с верхней полки плюшевую игрушку и замерла в замешательстве. Как она сюда попала?
Я огляделась, проверяя, не наблюдает ли кто-нибудь за мной, а потом посмотрела на Эль.
— Ты положила ее в мой шкафчик?
Она перевела взгляд с игрушки на меня, покачав головой.
— Не-а. Понятия не имею, что это вообще. Дракон с острова Комодо?
Изучая серого зверька, обратила внимание на его когти, зубы, хвост, шипы вдоль позвоночника, морду со злобным оскалом…
— Годзилла, — пробормотала я и засмеялась.
Кто ее принес?
В следующую секунду улыбка сползла с моего лица. Я смотрела «Годзиллу» вчера. Думала, что одна в кинотеатре. Кто-то видел меня?
Это всего лишь совпадение, не так ли?
— А тут что? — Эль приподняла листок бумаги со злаковым батончиком, прикрепленным к лапе игрушки. Она прочитала записку:
— «Закат в 18:38».
Я резко вскинула голову.
Девушка пожала плечами.
— Подарок прислал тот, кто осведомлен, что сейчас Йом-Кипур [7] .
В маленьких городках вроде нашего все знают еврейских детей.
И чернокожих. И бедных.
Нас меньшинство в Тандер-Бэйе, поэтому мы выделялись среди остальных.
Прислать эти вещи мог любой. Соблазн оставить батончик был велик. Я не проверила, во сколько сядет солнце, чтобы понять, когда можно будет принимать пищу, и ничего с собой не принесла для перекуса после игры, поэтому проголодалась.