Молодой, но старше остальных. Может, ровесник Уилла.
Уголки его губ приподнялись. Мое сердце билось до боли сильно, пока я рассматривала его широкие плечи, тень щетины на щеках, выпирающую вену на шее.
— Мне казалось, у них должно быть отдельное заведение для девушек, — шутливо произнес он, заскользив взглядом по моему телу сверху вниз. — Они хотят, чтобы мы продолжали плохо себя вести?
Сзади донеслось фырканье. Упершись руками незнакомцу в грудь, я попыталась оттолкнуть его. Послышался скрежет. Наверное, один из парней поднял нож.
Волосы спадали мне на лицо, поверх очков, ко всему прочему я испытывала ужасную жажду.
Он ослабил хватку. Я сразу же отпрянула назад, увеличивая расстояние между собой и парнями.
— Прости. Это просто шутка.
Обогнув меня, он остановился возле Мики Моро, взял его руку и начал осматривать.
Мой взгляд метнулся к Уиллу, но тот, потупив глаза, отрешенно вычищал кровь из-под ногтей моим ножом, словно меня вообще здесь не было.
— Заживет. — Я снова посмотрела на незнакомца, который заставил Мику поднять плечо выше для остановки кровотечения. — Главное, очищай рану.
Кто этот человек? Он… главный среди них?
Одет парень был немного лучше остальных — безупречно выглаженная стильная оксфордская рубашка, заправленная в черные брюки, блестящий кожаный ремень, черные туфли. Вещи сидели идеально, будто их сшили специально для него. Но он сказал «мы». Они хотят, чтобы мы продолжали плохо себя вести .
Значит, он один из заключенных. Он — альфа, о котором говорил Уилл.
Мика кивнул ему, после чего бросил злобный взгляд в мою сторону. Альфа вернулся и принялся внимательно меня рассматривать.
— Приношу извинения за их поведение. — Он приложил ладонь к груди, подходя ко мне. — Искренние.
Я оттолкнула незнакомца, не позволяя приблизиться, и испачкала его белую рубашку грязными ладонями.
— Отойди от меня. — Потом, посмотрев на Уилла, я рявкнула: — Уилл!
Парень не сдвинулся с места, лишь встретился со мной безразличным взглядом.
— Уилл! — Господи, да очнись же ты!
К черту . Взбежав по лестнице, я дернула двустворчатую дверь.
— На твоем месте я бы не стал этого делать, — произнес альфа. — Там холодно. Охотничьих навыков, полагаю, у тебя нет. Поверь мне на слово, ты можешь сутки идти в любом направлении, но не увидишь ничего, кроме собственных следов, а потом наконец сдашься и потащишь свою замерзшую задницу обратно, потому что другого выбора не будет.
Я зарычала, наваливаясь на дверь всем телом, однако слышала лишь звяканье цепей, которыми та была связана с противоположной стороны.