Он всхлипнул, вытирая кровь с лица.
— Рори. — Уилл кивнул на веревку, лежавшую на столе. — Мика, помоги ему.
Они связали Эйдина, который был слишком измучен и избит, чтобы сопротивляться, пока они это делали.
Уилл обратился к нам.
— Алекс, — сказал он, отступая и наблюдая за ними. — Эмери.
Алекс сразу подошла к нему, но я осталась на месте.
В его глазах загорелся огонь.
— Я подниму ад и испепелю этот дом, если ты будешь вести себя так, будто у тебя есть выбор! — проревел он в мою сторону, а затем указал на место рядом с собой. — Живо!
Я подпрыгнула, ощущая покалывание между ног, и, стиснув зубы, подошла к нему.
— Все это время? — Эйдин выдохнул. — Все эти месяцы и все споры. Все те разы, когда ты проигрывал. Это было нарочно?
— У тебя нет того, что нужно, чтобы быть мной, — сказал тот Эйдину, и от его глубокого тона у меня по спине пробежали мурашки.
Божечки.
Он притворялся. Он все подстроил. Он работал в доме, медленно обращая всех на свою сторону, и терпел месяцы этой чертовщины, потому что хотел привязанности Эйдина, но не хотел заполучать ее силой.
Мика и Рори закончили и подошли, встав рядом с нами, пока все смотрели на Эйдина на полу.
Уилл возвышался между нами словно могучий дуб, и я могла поклясться, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть на него.
— Ты можешь пойти с нами, — сказал ему Уилл. — Мне не нужен Динеску, но я возьму тебя.
Алекс стояла по другую сторону от Уилла, и в ее глазах вспыхнула боль, когда она посмотрела на Эйдина.
Но Эйдин только горько рассмеялся.
— УБэй меня, — сказал он.
Уилл постоял еще мгновение, обдумывая его ответ, когда снова раздался грохот, и я начала пятиться.
Парни повернулись и бросились вверх по лестнице, пока я смотрела, как Алекс шла, расстояние между ней и Эйдином казалось ничем, поскольку жар их взглядов накалял воздух.
— Ты хотел меня, — сказала она ему.
Он кивнул, сидя на полу, пока его руки были привязаны к ржавой трубе.
— Теперь я просто хочу победить.
Она покачала головой.
— Ты уже проиграл.
— Еще нет, — возразил он. — Я знаю, куда ты направляешься, любовь моя.
Волосы на моих руках встали дыбом, Алекс колебалась несколько мгновений, пока его слова звучали в воздухе, но затем… мы обе развернулись, взлетели по лестнице и захлопнули за собой дверь.
— Алекс…
— Не надо, — сказала она, я слышала, как она была готова разрыдаться. — Я уже забыла его имя.
Мы помчались наверх, и я почувствовала жуткую вонь, когда мы открыли дверь.
Я вдохнула.
— Что это за фигня?
Услышав суматоху, мы побежали в холл, мгновенно остановившись, когда увидели охватившее занавески пламя, поднимающееся к потолку и распространявшееся по стенам.