Парень ухмыльнулся.
— У меня есть идеи.
— У меня тоже есть, — сказала ему.
— Ты уверена? — спросил он, пока мы вываливали наши инструменты на траву. — Технически это кража. Крупная кража. И вандализм.
— Напугал, Уилл. Серьезно.
Я расставила свечи на ступеньке склепа, озираясь по сторонам в поисках смотрителя, жившего на территории. Посетителям нельзя было находиться на кладбище после наступления темноты, однако это не означало, что никто не прогуливался поблизости.
К тому же это не настоящий вандализм. Ничего против МакКланаханов я не имела.
Только хотела немного припугнуть их, чтобы они пересмотрели свои планы. У нас с Уиллом была одна цель, хотя причины разные.
Эта могила стала местной легендой. По мнению Уилла, память Эдварда МакКланахана принадлежала всем.
Я же хотела, чтобы тот остался в могиле, и тогда моему брату не повезло бы с покупкой.
Двигаясь вокруг кованой ограды, окружавшей склеп, Уилл устанавливал на нее чучела, которые мы украли из дворовой хеллоуинской экспозиции мистера Ганца.
Я смотрела на гробницу МакКланахана из гладкого чистого камня, с темными витражными окнами.
— Его ведь не нужно перемещать, верно? — уточнила я, чтобы убедиться, что мы до сих пор на одной волне.
— Верно.
После того как мы ушли с бала, я отправила Уилла в спортзал за баскетбольными мячами, а сама помчалась в лабораторию биологии и собрала все банки с мертвыми животными в формальдегиде. Сложила их на тележку и подкатила к окну. Уилл подъехал на пикапе и помог мне все погрузить.
Сделав еще пару остановок, мы прибыли на место.
Вигилии… последуют за ним. Год за годом, неустанно, в духе «Детей кукурузы».
Если семья не хотела, чтобы их последнее пристанище стало местом паломничества неряшливых, деструктивных, сексуально активных подростков, они изменят свое решение.
Оглядев кладбище, удостоверилась, что мы одни, и зажгла свечи.
Только тени деревьев, казавшиеся голубыми в лунном свете, двигались по траве, пока ветерок сдувал листья с их ветвей.
Я ожидала, что Уилл попытается достать телефон, начнет снимать происходящее. К счастью, он этого не сделал. Не хотелось оказаться на одном из его видео.
Добавив подношения в виде мертвых животных, проверила, закончил ли он рисовать маркером на головах чучел страшные лица с грозными бровями и уродливыми зубами.
Я рассмеялась и закатила глаза, услышав, как Уилл усмехался собственной сообразительности, перемещаясь вдоль забора.
Воткнув в землю бамбуковые факелы, подожгла их и достала светло-зеленый мелок из сумки, которую прихватила из лаборатории.
Я выбежала за ограду, уже поднесла мел к камню, собираясь приступить непосредственно к акту вандализма, но посмотрела на витражи и засомневалась.