Он действительно ждал, пока я не зайду в дом.
На кухне зазвенела посуда. Бросив сумки на пол, отправилась расплачиваться за свои поступки. Я понятия не имела, сильно ли опоздала, и не проверила пропущенные звонки.
Остановившись на пороге, засунула руки в карманы куртки.
Мартин стоял у раковины, ополаскивая посуду перед загрузкой в посудомоечную машину. Повернув голову, он посмотрел на меня.
— Ужин там. — Брат указал на блюдо, стоявшее на столе.
Я бросилась к нему и забрала тарелку из его рук.
— Я все сделаю. Ты работал целый день.
Он уступил мне место, взял полотенце и вытер руки. Подхватив щетку, начала оттирать засохшие остатки нашего завтрака.
— Знаешь, — сказал Мартин. — Интересная штука. Когда ты не пришла домой в десять, я отследил твой телефон.
Я замялась, почувствовав, как волосы на руках встают дыбом. Он мог отслеживать мой телефон? Как давно он это делал?
— Приложение показало, что ты была в «Бухте». — Брат отошел и прислонился к стойке, не сводя с меня глаз. — Забавно, но «Бухта» закрывается в восемь вечера, и когда я поехал туда, увидел на парковке лишь машину Уилла Грэйсона.
Чтобы руки не дрожали, сильнее прижимала щетку к тарелке, натирая ее.
— Я спонсирую твое образование, Эмери. Твою внеклассную деятельность и творческие проекты, потому что хочу, чтобы ты чего-то добилась, и понимаю, что все это будет хорошо смотреться в твоем резюме для поступления в колледж.
Поставив тарелку в посудомоечную машину, взяла другую, избегая его взгляда.
Мне ужасно хотелось вернуться в пикап Уилла.
— И пока ты развлекаешься, я работаю или сижу здесь. — Мартин подошел ближе. — Ни одна женщина не хочет жить со мной в этом доме из-за тебя. Ни одна не хочет меня, потому что я никогда не смогу дать ей жизнь, отвечающую запросам Тандер-Бэйя, потому что плачу за сиделку для гран-мэр и за тебя.
Он остановился рядом со мной, и я не смогла сдержать дрожь, продолжая мыть посуду.
— А ты развлекаешься, — сказал брат, шлепнув меня по голове.
Я попятилась.
— Мартин…
— Ты не слышишь ничего из того, что я говорю. — Его пальцы впились в мой череп. Он отвесил мне еще один подзатыльник, и я чуть не выронила щетку. — Неужели это так трудно? Просто делать то, что я тебе говорю?
Мартин продолжил шпынять меня, словно идиотку. Дернувшись в сторону, я уронила тарелку и щетку в раковину. Ждала пощечины, но он схватил меня за запястье, потащил к столу и усадил на стул. Потом зачерпнул пальцами горсть спагетти и затолкал мне в рот.
Слезы подступили к горлу; я зажмурилась, сдерживая их.
— Как будто у нас мало проблем. А ты зарабатываешь себе репутацию, став одной из их маленьких шлюх. — Брат сунул еще горсть спагетти мне в рот. — Думаешь, станешь одной из них. Думаешь, что ты лучше, и они считают себя лучше, потому что могут играть с тобой, как с игрушкой!