— Похоже, ничего у меня не выйдет, — разочарованно пробормотала Ловисса себе под нос.
— Ты делаешь все… неправильно, — неожиданно выдавила из себя нулевка, с трудом разомкнув слипшиеся от крови губы. Помолчала немного, собираясь с силами, а потом выдохнула: — В живот надо бить. Между ребрами.
Ловисса едва не поперхнулась от изумления. Вот уж чего она никак не ожидала от своей противницы, так это советов. Это что, какая-то ловушка? Несмотря на весь свой немаленький опыт, охотница за головами никак не могла сообразить, в чем же подвох. Жертва была безоружна, слепа и абсолютно беспомощна — так на что она надеется? А если у нее все же припрятан какой-то козырь в рукаве, то почему она не воспользовалась им раньше, когда еще могла хотя бы видеть?
И все же вероятность неприятного сюрприза не была нулевой. Но когда на другой чаше весов — столь долгожданный левел-ап, то… словом, Ловисса решила рискнуть и последовать странному совету нулевки. Нагрудник ее, правда, мешал… Стащить его с нее? Может, именно этого она добивается — чтобы Ловисса отложила собственное оружие и принялась возиться с застежками креплений? Если так, то ей придется испытать разочарование.
Тигрица шагнула вперед, по направлению к своей жертве — но та синхронно сделала шаг назад. Как и ожидалось, слух у девчонки был отменный. Ловисса нисколько не сомневалась, что ее противница по звукам без труда поймет, если она вдруг уберет свое оружие в ножны или бросит его на песок. Ну что ж, так будет даже проще. Охотница за головами сделала еще шаг, и еще, неторопливо приближаясь к жертве, отрезая ей возможности для маневра — и так до тех пор, пока спина нулевки не уперлась в теплый от солнца камень стены Арены. Дальше отступать было некуда.
Ловисса отшвырнула саблю подальше и обеими руками взялась за рукоять Шила — так она называла свой второй клинок, предназначенный для нанесения колотых ран. Глубоко вздохнула, сосредоточилась — и рванулась вперед, всей своей силой и весом вгоняя узкое острие практически в середину нагрудника противницы, едва прикрытого лохмотьями рубахи. Нагрудник жалобно скрипнул, прогибаясь, а потом материал все же не выдержал и клинок вошел в тело Дикой карты. Та сдавленно захрипела и уперлась единственной оставшейся рукой в грудь Ловиссы, словно пытаясь отпихнуть ее от себя. Но на этом силы у нулевки, похоже, кончились, и она затихла, безжизненно свесив голову вниз. Охотница за головами недовольно поморщилась, но все же довела дело до конца, добившись, чтобы Шило пронзило соперницу насквозь.