— Будем играть. Чтобы твои мозги, привыкшие к коду, не заржавели окончательно.

Алексей удивленно посмотрел на коробку, будто я достала нечто экзотическое.

— Я, честно говоря, с университета во что-то подобное не играл. Только если в карты на перекурах.

— Не беда, — махнула я рукой. — Здесь правила проще пареной репы. Кидаешь кубик, двигаешь фишку. Цель — первым добраться до финиша и не сойти с ума от зависти к сопернику.

Пришлось объяснять. Он слушал с невероятной серьезностью, хмуря брови, будто я излагала ему теорию относительности. Наконец, мы начали.

Первые ходы Алексей делал медленно, обдуманно, с сосредоточенным видом человека, решающего сложную задачку. Он аккуратно бросал кубик, точно передвигал фишку, всё взвешивая. Но к третьему кругу что-то щелкнуло. Он вдруг громко рассмеялся, когда его фишка перепрыгнула через мою, срезав половину игрового поля.

— Ага! Так-то! — воскликнул он, и в его глазах блеснул озорной огонек, которого я раньше не видела.

— Нечестно! — возмутилась я. — Ты что, нашел лазейку в правилах?

— Нет, — с фальшивой скромностью ответил он. — Это не лазейка. Это стратегическое преимущество, подкрепленное удачным стечением обстоятельств.

— Зануда, — пробурчала я, но сама не могла не засмеяться.

Азарт постепенно захватывал его всё больше. Он с преувеличенным ужасом разводил руками, попадая на клетку «Вернись на три хода назад», и ликовал, отправляя мою фишку в начало. Мы играли, забыв о времени, пока официант не начал настойчиво собирать салфетки с соседних столиков, намекая, что пора бы и честь знать.

Я наблюдала за ним и чувствовала что-то теплое и приятное внутри. Этот сдержанный, немного зажатый программист понемногу оттаивал, как сосулька на весеннем солнце. Он шутил, смеялся, и в эти моменты был удивительно… беззащитным. И симпатичным.

— Ну, как голова? — спросила я, когда мы вышли на крыльцо. Ночь была морозной, небо — черным бархатом, усыпанным алмазными звездами.

Он глубоко вдохнул, подняв лицо к небу.

— Знаешь, странно... но почти не болит. Совсем. Спасибо.

— Видишь? А ты собирался в номере томиться. Куда лучше таблеток, правда?

Я подмигнула ему. Он покраснел, опустил глаза, но улыбка так и не сошла с его губ.

— Правда, — тихо согласился он. — Я и не думал, что может быть так… просто.

— Пустяки! — сказала я, запахиваясь плотнее в шарф. — Это был лишь этап первый моей сверхсекретной программы по реабилитации жертв снежных заносов. Осталось еще десять пунктов.

— И что же в них? — в его голосе прозвучало настоящее, детское любопытство.

— Это сюрприз, — загадочно протянула я. — Раскрывать интригу заранее — неспортивно.