— Вот что, Федя, — остановил он приятеля. — Надо нашу Дуняшу в какое-то надежное место спрятать. Пока шум уляжется.

— Это понятно, — кивнул Шматов, — только куда?

— В меблированные комнаты или гостиницы нельзя, — покачал головой Будищев. — Там ее быстро найдут.

— Может, к нам?

— Хочешь, чтобы Аннушка тебя из дому кочергой погнала?

— Н-да, — поежился, живо представивший подобную перспективу Федор. — Не хотелось бы.

— Я могу в горничные пойти, — вмешалась Дуня. — Чаю не совсем забыла, как господам прислуживать.

— В принципе, вариант. Только такое место быстро не найти, да и рекомендации надо.

— А ежели ее в Стешином доме поселить? — подал идею Шматов. — А чего, место хорошее, дрова запасены. Никто и не подумает ее на Выборгской стороне среди фабричных искать.

— Я согласная, — снова подала голос Евдокия. — Скажу, родственница дальняя. От мужика ушла, мол, пил, дрался, оттого и синяк под глазом.

— Ты себя в зеркало видела? — недоверчиво покачал головой Дмитрий. — Кто тебе поверит, что у тебя мастеровые в родне?

— А ну выйдите-ка из кареты! — велела им она, и почти выпихала друзей за дверь.

— Что я там не видел, — хмыкнул Будищев, но спорить не стал.

Судя по всему, у Дуняши была припасена одежда на все случаи в жизни, и часть этого гардероба она предусмотрительно захватила с собой. Не прошло и нескольких минут, как наружу выглянула молодая женщина, более всего похожую на небогатую горожанку из простых. Пышная господская прическа спряталась под платком, с пальцев исчезли перстни, а вместо фривольного и яркого платья, разом выдающего принадлежность к древнейшей профессии, появились скромная ситцевая кофточка и сатиновая юбка. И только обильно припудренный синяк выбивался из образа.

— Мать моя женщина! — изумился подобному преображению Дмитрий и пихнул в бок совершенно обалдевшего Федю.

— Ага, баба, — поддакнул тот.

— Шубка не подходит, — скромно потупила глаза бывшая Лаура, как будто и впрямь в чем-то была виновата.

— Решаемый вопрос, — хмыкнул подпоручик, после чего обернулся к Шматову. — Значит, на том и порешим. Вези нашу подопечную в дом Филипповых, ну и помоги там печь растопить, продуктов прикупить и все такое прочее.

— А ты?

— А я домой сам дойду. Тут недалеко, да и я без мундира, так что доберусь без урона чести. Завтра встретимся.

Федор в ответ недоверчиво посмотрел на друга, как бы говоря, кто тебя знает в какую кучу вляпаешься, однако спорить не стал и снова полез на козлы. Дмитрий махнул ему с Дуней на прощанье рукой и неторопливо пошагал по улице. Все тело болело, побитое лицо нещадно саднило, но он упорно шагал вперед, успев несколько раз пожалеть о своем опрометчивом решении идти пешком. Но даже самая долгая дорога рано или поздно заканчивается, и наш герой все-таки добрался до своего парадного.