— Знаешь что, брат, — неожиданно заявил Будищев. — И впрямь, не твоя это война. Не ходи со мной, я сам справлюсь.
— Думаешь?
— А ты сомневаешься?
— Да, нет, — пожал плечами приятель, после чего, нерешительно помявшись, спросил, — коли так, я пойду?
— Ступай.
[1] Адлерберг А. В. — министр двора в описываемое время.
[2] С 1837 года прямые пожалования земель дворянам за службу практически прекратились и были заменены для наиболее отличившихся «арендой».
Глава 18
По утрам в трактирах обычно тихо. Гулявшие всю ночь купчики вместе с присосавшимися к ним профессиональными прихлебателями уже угомонились и лежат в разнообразных позах там, где их сморило. Разошедшиеся по своим конуркам половые с мальчиками тоже досматривают последние сны, перед тем как их поднимут. Полы еще не метены, посуда не мыта, да и столы толком не убраны.
Рыжий кот с подранным ухом, обычно отирающийся рядом с кухней, пробрался в отдельный кабинет и, пользуясь случаем, вгрызся зубами в почти нетронутую клиентами баранью ногу. Рядом умопомрачительно пахнет недоеденное фрикасе, чуть дальше уже подсохшие ломтики балыка и миска заливной рыбы и Васька едва слышно урчит от ярости, поскольку понимает, что сожрать все это в одну харю ему не удастся.
На диване живописно раскинулись Тихон Щербатый и его неизменная спутница Лаура. Оба помятые и расхристанные, оттого что ночью им захотелось близости. Правда, у женщины под глазом уже наливается ядовитой синевой фингал, так что, вполне возможно, любовный экстаз был только у одного из них. Вторую пришлось уговаривать.
Вор почивал совершенно спокойно, всем своим видом опровергая распространенное заблуждение, будто для крепкого сна необходима чистая совесть. Зато его подруге явно неудобно и она время от времени тревожно ворочалась, нервируя этим кота. Наконец, Василий, дернув еще целым ухом, пришел к выводу, что добычу следует перепрятать. Вцепившись зубами в мякоть, он сделал попытку стащить добытое непосильными трудами со стола и, как и следовало ожидать, перевернул сиротливо стоящий почти пустой графинчик. Тот, разумеется, громко звякнув, грохнулся на стол, заставив рыжего разбойника замереть от испуга.
— Что? — открыла глаза проститутка и резко поднялась со своего ложа. — Кто здесь?
Виновник переполоха, тут же притих, распластавшись на скатерти, которую еще совсем недавно можно было назвать белоснежной, и только рыжий хвост, предательски дергаясь, нет-нет, да и выглядывал из-за укрытия. Некоторое время ничего не происходило. Женщина пыталась понять, что ее разбудило, а кот усиленно притворялся, что его здесь нет. И все могло бы кончиться благополучно, но Лаура вчера изволила перебрать и потому теперь у нее абсолютно сухая глотка и переполненный мочевой пузырь.