— Знаешь, что я сделала? — спросила Мила.
— Нет.
— Я рассказала им всю правду.
Кира села на пол и уставилась в одну точку, прижимая к себе дневник.
(я рассказала им всю правду)
Зачем?
— Какую правду? — негромко спросила она, хотя всё и так было понятно.
— А ты не догадываешься?
— Какую правду?
— Теперь все знают, чей это дневник.
— Ты сказала, что это мой дневник?
— Сказала.
— Нет.
— Да. Сказала. Я сказала. Теперь они знают всё.
За дверью послышались шаги. Кира отползла к противоположной стене. Перед глазами возникла картинка из недавнего прошлого: сгорбленная и грязная старуха, которая протягивает ей дневник. Ненужный уже, по сути, дневник. Делая в нём записи, пятнадцатилетняя Кира понятия не имела, чем это всё в итоге обернётся для неё.
И для него.
В дверь коротко постучали.
— Зачем ты это сделала? — спросила Кира.
— А что я должна была сделать?
— Молчать.
— То есть она умерла, значит, можно во всём обвинить её? Да?
— Да.
— Ну, ты и… Слов нет.
В комнату вошёл Вадим. Кира затравлено посмотрела на него, ненавидя себя за страх и чувство беспомощности. Он посмотрел на её айфон и нахмурился, перевёл взгляд на девушку. Их взгляды встретились.
— Ты даже не соизволила прийти на прощание с ней. Эгоистка… Кира, ты…
— А ты кто? Слила меня, да? Воспользовалась тем, что я не могла защищаться, так?
Они с Вадимом по-прежнему не сводили глаз друг с друга. Он слушал их разговор, пытаясь вникнуть в суть.
— Она тоже не могла защищаться.
— Не я вырвала листы из дневника. Не я подставила её. Что ты сделала?
— Почему ты не пришла на прощание с Анфисой?
(я не знаю)
— Что ты им рассказала? — спросила Кира.
На самом деле единственное, чего она сейчас хотела, — это понять, что происходит. И где она находится.
— Они обсуждали её прямо там. Ты можешь себе это представить? Прямо там. И я вынуждена была слушать это всё. Какая она… знаешь, как они её называли? Знаешь?
— Нет. Догадываюсь.
— Ты издеваешься?
— Нет. Мила, ты рассказала о том, что мы сделали?
— Ты сделала. Ты, Кира. И ты ответишь за это.
— А ты?
— Это уже началось. Так ведь? Она уже приходила к тебе?
Вадим наклонился, чтобы поднять с пола её телефон. Кира молча наблюдала за ним, понятия не имея, как реагировать на слова Милы. О ком она сейчас говорила? О Маше или об Анфисе?
В итоге Кира спустилась на первый этаж, но только потому, что у неё не было выбора. Больше всего на свете ей хотелось остаться в комнате, пусть чужой, но безопасной.
— Они знают о том, что я сделала? — спросила Кира, собирая мокрые волосы на затылке. — Как ты им вообще меня представил? Та, из-за которой погибла моя бывшая? Я не пойду туда.