И шахта продолжала строиться: по плану в нее вроде хотели запихнуть на долговременное хранение чуть ли не полста тысяч тонн мяса. Причем, похоже, этот склад считался вообще промежуточным: железную дорогу с невероятной скоростью тянули дальше, на север — пока только до Нерюнгри, но вроде планировали ее вообще до Якутска дотянуть — а там, по слухам, вечная мерзлота вглубь земли больше чем на километр простиралась, и вот в тамошних складах мяса планировалось чуть ли не миллион тонн хранить! Не сразу, конечно…

И не все мясо: тем, что привозилось в Тынду из Петровска, еще и рабочих, которые железную дорогу строили, кормили. Правда, повара, с которым Саша поговорить успел, ругались: мясо, уже из вагона вытащенное, даже летом на открытом воздухе размораживалось дня три до такого состояния, что его хотя бы топором можно было на части порубить. Но ругались беззлобно: уж лучше так, чем вообще без мяса сидеть…

Постройка дороги до Нерюнгри была распланирована на два года, но уже в феврале у руководства строительства дороги возникла надежда, что ее получится выстроить вообще за год. Потому что самым длительным этапом строительства считалось прокапывание тоннеля под Становым хребтом, но первые же испытания октогена (с синтетическим флегматизатором, предложенным Верой) показали, что весь тоннель можно пройти вообще за зиму. Потому что эта взрывчатка превращала камень вокруг шпура в мелкую крошку, но лишь на расстоянии в четверть метра от заряда, а дальше скала, казалось, вообще повреждений не получала — то есть не нужно было после каждого взрыва стенки тоннеля укреплять. Да и выгребать из него мелкую крошку было куда как проще, чем здоровенные камни, так что скорость проходки быстро достигла метров пяти за сутки. А так как тоннель копали сразу с двух сторон…

Конечно, железную дорогу на север тянули вовсе не для того, чтобы в вечной мерзлоте продуктовые склады устраивать: рядом с рекой Нерюнгри был найдет великолепный коксующийся уголь, которого стране остро не хватало. Да и золота в тех краях было найдено немало — так что пользу от новой дороги долго объяснять не пришлось. Хотя, конечно, тянуть дорогу по вечной мерзлоте было тем еще приключением, особенно учитывая число необходимых мостов. Но сами стальные конструкции делались и в Петровске, и на Известковой — а чтобы мосты после таяния мерзлоты не рушились, именно Вера предложила (уже опробованный в Тынде) простой способ не дать ей растаять: вокруг каждой опоры моста в мерзлоту загонялись стальные трубы, заполненные керосином. Вроде все просто — но керосин зимой сильно охлаждался, холодный опускался в трубе на самое дно — и мерзлота вокруг еще сильнее замерзала. А летом нагревшийся керосин оставался вверху трубы и мерзлота не подогревалась…