— Они хороши, никто не спорит. Но они и не единственные, — коротко то ли парирует, то ли дискутирует пострадавшая. — И мне что-то подсказывает, что выбор клиники для моей терапии — такая мелочь в сравнении с потенциальным обвинением в ваш адрес!

— А в этом мире всё и зависит от деталей и мелочей. — Спокойно вроде как соглашается латиноамериканка. — Если тебе восстановлялку воткнут на твою же родную базу, к которой ты привыкла — концентратор, имплант — то личность лечащего врача и оператора процесса будет значить уже больше. Одно дело — кто-то опытный и с набитой рукой, а другое — если попадётся кто-то сразу после ординатуры. Ладно, тебе жить.

— Скажи что-нибудь новенькое, — предлагает японка. — Не то, что я знаю и без тебя.

Она пытается выглядеть невозмутимой, но даже мне понятно, что Мартинес её местами зацепила.

— Мне кажется, мы могли бы прямо сейчас, вне зависимости от дальнейших разговоров взрослых, оговорить индивидуального специалиста под тебя. — Твёрдо выдаёт Айя. — Его могут одобрить твои родители после того, как проверят мои данные. Я именно в этот момент на связи с нужным человеком и твоя титульная соотечественница, имеющая ресурс явно лучше вашего, это прямо обозначает. Не сочти за взятку; самая обычная попытка договориться. Она говорит, ты как японка её понимаешь. Могу, в принципе, и иначе со всеми вами тут разговаривать, поверь; но у нас после драки вначале пробуют мирно.

— У тебя что, прям целые завлабы на связи? — азиатка подпускает в интонации изрядную долю сарказма. — Из Хамасаки Инкорпорейтед?

— Нет, зачем? — лёгкое удивление в исполнении латиноамериканки выглядит ненаигранным, аристократичным и естественным. — Скорее уж тогда собственница. Это Тика Хамасаки. Я думаю, лабораторию и конкретного специалиста будут определять в зависимости от твоего протокола лечения, то есть восстановления. Она просит передать, что готова предоставить свои варианты тебе лично — в случае твоей или твоих родителей заинтересованности. Решайте сами…

«…Круче ли вы, чем они» вслух не было сказано, но явственно между строк подразумевается.

На какое-то время в помещении виснет тишина. Даже охрана, похоже, приостанавливает свои невидимые дискуссии и изучает Мартинес.

— Это правда? — пострадавшая по-прежнему не демонстрирует видимых эмоций, на делает это именно что чересчур старательно.

— А зачем мне тебя обманывать? Нас тут чуть не два десятка в комнате и я сразу всех честно предупредила — всё пишу! Запись кладу на три сервера. — Айя продолжает то ли возмущаться, то ли более чем убедительно это изображать.