Вскоре мы выходим на нужный этаж.

— Вот наши пути и расходятся, — говорю.

— Пока, — мрачно произносит Никодим. — Было приятно с тобой дружить.

— Это не последний раз, когда мы видимся.

— А я уверен, что последний.

Покачав головой, я улыбаюсь и направляюсь к выходу.

Наверное, стоило бы взять с собой Веду, чтобы попытаться убить безумца ещё раз, но она сейчас нужна Никодиму как проводник. Я спасу Светозару и узнаю, что именно хотела Снежана. Никодим найдёт сокровищницу и, если повезёт, полезные волшебные предметы.

Я бы тоже хотел отправиться с ними — это менее опасно. Но Светозаре осталось совсем немного — я не могу бросить её такой.

Сдвигаю вбок массивный металлический засов центральных врат замка и выхожу на улицу.

За то время, пока мы блуждали внутри этой титанической цитадели, успело совсем стемнеть. Ветер на улице успокоился, тучи ушли. Теперь снаружи обыкновенная ночная благодать — даже тепло вернулось.

Я стою прямо напротив входа в замок с девушкой на руках, а в меня со всех сторон направлены копья гвардейцев безумца. Странно, но на их лицах замер испуг. Кажется, величественный замок, подпирающий небеса, напугал их до усрачки.

Приятно видеть.

Двигаюсь к толпе крестьян, сидящих на земле, враги расступаются передо мной, пропуская. Они даже слово вымолвить бояться, только оружие нацелили в молчаливой настороженности. До тех пор, пока не явился князь, воины ведут себя как стая испуганных мышей.

Добравшись до группы пленников, я останавливаюсь со внезапным изнеможением. Волибор, Третий и ещё несколько человек подбегают к нам. Они все что-то говорят, но из-за этого ни одного конкретного слова не разобрать.

— Где Федот? — спрашиваю. — Светозаре очень плохо.

— А, это… — задумчиво тянет Волибор. — Твоего папани здесь нет, он не пришёл.

Стою на месте, пытаясь понять, что только что услышал.

— Что это значит?

— Он сказал, что не хочет бежать ни в какой Стародум, а лучше спрячется с Душаной в лесу неподалёку отсела. Но ты не беспокойся. Думаю, он бродит где-то возле Вещего, целый и невредимый, в отличие от нас…

— Ладно… А Игнатий здесь?

Наш сельский священник обнаружился чуть в стороне, крепко прижимающим ладони друг к другу.

— Как там Никодим? С ним всё в порядке?

— Да, — говорю. — Он внутри замка.

Несмотря на то, что мой друг — приёмный сын, между ним и Игнатием — самая настоящая любовь родителя и ребёнка. На лице мужчины проступает искреннее облегчение. Он делает жест положить Светозару на траву.

Поп не умеет лечить так же хорошо, как Федот, но это всё равно лучше, чем ничего.

Я опускаю Светозару, после чего мужчина закрывает глаза, возведя руки к небу. Я стою напротив с тяжело трясущимся сердцем. Не уверен, что поп сможет помочь Светозаре — всё-таки она из волхвов, что чтят старых богов. У Светозары кровь из ушей идёт, когда Игнатий в колокола бьёт, а сейчас ему нужно её исцелить. Нет никаких сомнений, что поп очень хочет помочь, но неизвестно, как подействует святая сила на язычника.