Усилители работали на пределе. На пределе был и я, однако заклинание портала так и не активировалось и пространство передо мной лишь мерцало и вспыхивало. В какой-то момент я без сил опустил онемевшие лапы. Координаты были правильные. Пусть они постоянно менялись, но с понятной закономерностью. Пропорции возникали в голове привычными цифрами, но для активации заклинания мне не хватало мощности, словно я был слабым магом восемнадцатого рейтинга Спирита и та Суппи, которую часто вспоминали земляне, была хоть и искусна, но в сравнении с силой Странников абсолютно беспомощна перед задачами даже планетарного масштаба.
В какой-то момент меня поглотила чернота. Когда я открыл глаза, Мяч склонялся надо мной.
— Офигенный портал! Лучший за последнее время. Настолько хороший, что никуда не надо ходить, — пошутил он.
— Мяч… — выдохнул я, открывая маску костюма и вдыхая воздух аппаратной. Во рту почувствовался привкус крови.
— Я верю в тебя. Ты сможешь открыть этот портал и сможешь вернуться.
— А если не смогу?
— Ты даже можешь идти туда один тропами богов.
— Как это? — спросил он, и я вдруг понял, что могу лишь подсказать ему, как это сделать.
— Просто подумай о них, и мироздание отзовётся на запрос. Потом подумай о том месте, куда тебе нужно попасть. Это почти тоже самое, что шаг Странника, только другой.
— Такой же, но другой… — повторил Мяч и добавил: — Ладно, допустим, я туда приду. А что делать-то?
— Кто бы там ни был, дай понять, что ты — новый бог, и тогда твоя сила возрастет! Склоняй всех своих врагов к миру.
Мяч встал, вглядываясь куда-то мимо меня сквозь стены и пространство, затем вытянул правую лапу прямо перед собой и исчез.
Божественные умения были похожи на жречество Спирита, просто Бог посылал запрос в саму суть мироздания, ибо являлся продолжением мыслей и сил верующих в него. Высшая форма жизни была в приоритете у космического закона, и им все должно было даваться играючи.
Я приподнялся на локтях и, встав, направился в санитарный блок, чтобы отмыть от крови своё белошерстое лицо.
— Господин Странник, мы преследуем «Зубостай». В данный момент он взял курс на Терру, — отрапортовал командир «Обамы-первого», высокий худощавый подполковник, судя по знакам различия на белом форменном костюме, с залысинами на голове и так короткостриженных, светлых волос.
— Я больше не Странник, — выдохнул кот, вглядываясь в звёздную панораму лобового стекла капитанской рубки.
— Понимаю, господин Мяч, у нас тоже каждый день многие отлучаются. Мы сперва их изолировали, а потом решили, что это не их предательство, а неконтролируемый ничем и никем процесс.