Очередная встреча с Гю Чоном была назначена прямо накануне судебного заседания. Мужчина прибыл с очередными новостями. На этот раз касательно того, почему вообще NIS так сильно вмешалось в ход дела по стрельбе.

— Господин Гю Чон, — кивнула Пак Сумин. Девушка сидела за своим столом в пентхаусе и занималась вопросами собственного бизнеса.

На работе в InterConnect она больше не появлялась, взяв бессрочный отпуск, а, по сути, поставив себя на грань увольнения. Но так как внучку Пак Ки Хуна за прогулы выгнать никто не мог, то и о своей репутации госпожа руководитель отдела не беспокоилась. Тем более, таким способом она прощупывала грань дозволенного и посылала вполне однозначные сигналы своему деду. От Пак Ки Хуна не могло укрыться то, что Пак Сумин буквально игнорирует свои служебные обязанности и занимается судопроизводством своего ассистента, это должно было натолкнуть старика на кое-какие мысли.

— Госпожа Пак Сумин, — поклонился агент NIS, после чего прошел к креслу для посетителей, привычно положив портфель с документами на стол перед собой.

Мужчина бывал тут уже в четвертый раз, так что успел освоиться. Все же, ему пришлось принять приглашение чебольки, ведь без конца обсуждать конфиденциальные дела на людях они не могли.

— К завтрашнему суду все готово, вашему ассистенту вынесут обвинительный приговор, — начал мужчина. — Впрочем, как и Мун Джину. Оба будут заключены под стражу прямо в зале суда и направлены в исправительное учреждение, тут тоже все вопросы удалось уладить через моих знакомых и сослуживцев.

— Что по расходам? — спокойно спросила чеболька.

— Дополнительно потребуется десять миллионов, плюс-минус, — ответил Гю Чон, — но, как я понял, это не проблема.

— Совершенно. Что по внутренним делам вашей организации?

Гю Чон был заинтересованным лицом в этой истории. Как признался в итоге сам агент, найти в рядах конторы человека, который бы столь нагло использовал ресурсы NIS в целях бессмысленной мести — а арест Кан Ён Сока именно так и выглядел — получило довольно горячее одобрение непосредственного начальства Гю Чона, который работал в центральном сеульском управлении.

— Есть несколько кандидатов, — уклончиво ответил мужчина. — Пробиваем по связям с вашими братьями в последние три месяца. Если найдем, то этот контакт прикроется.

— А ваши действия не подпадают под злоупотребление служебным положением? — уточнила Пак Сумин.

Гю Чон только загадочно улыбнулся.

— Я работаю в следственном отделе, а наблюдение за другими сотрудниками агентства такая же работа, как и поиск террористов или предателей на государственном уровне. Тут можете не беспокоиться, госпожа Пак Сумин, вы во всей этой истории лицо, пострадавшее от служебного произвола, как на ситуацию не посмотри.