Дверь энергично распахнулась, в комнату шагнула Чернобурка.

— Товарищ генерал, капитан Лапкина по вашему приказанию прибыла! — молодцевато отрапортовала Светлана, невольно косясь на приосанившегося Минцева.

— Здравствуйте, товарищ капитан, — протянул руку Блеер, — давайте, присаживайтесь к столу, не стесняйтесь. Перекусите, и мы ждём подробного рассказа. Пошло не по плану, но, в итоге, успешно?

Доклад затянулся на полтора часа, офицеров интересовали мельчайшие детали. Пузатый самовар, с медалями и двуглавым орлом, пришлось заправлять заново, а на замену закончившимся бутербродам были выставлены шоколадно-вафельные тортики.

— Ну что же, — подвёл итог Блеер, — достойно и с хорошей перспективой. Эта Мэри точно не играла?

— Уверена — нет, — твёрдо ответила Чернобурка, — я её уже хорошо знаю, всякой видела. Да она утром, как прошедший вечер вспомнила — рыдать принялась: просила не выдавать её КГБ — очень Сибири боится. Уже и палатку над нами скатывают, и автобус пришёл, а она всё слезами заливается. Еле успокоила. Так обнявшись потом в автобусе и ехали — не отцеплялась никак.

— Хорошо, — усмехнулся генерал, — это надо обязательно продолжить. Перспективная американка, но играть её надо в длинную. Выгуливайте эту рыжулю дальше, обещайте сделать всё, чтобы она могла приехать в следующую экспедицию.

— Кстати… — вмешался Витольд. — А как вы обосновали, что не доложите в Комитет? Вы же преданы Советскому Союзу?

— Ну… — неуверенно передёрнула плечами Светлана, — особого вреда она нанести не успела, искренне раскаивается, любит нашу страну… Мы же подруги? А тогда я должна помочь ей перешагнуть через это её прошлое. Да она и сама к тому готова: у неё вчера фенечка перетёрлась и потерялась — а это важный знак! Она теперь как чистый лист, прошлое перевёрнуто… Да и вообще, она — хороший человек. А хорошие люди и нашей стране нужны, и мне…

— Она это приняла? — придирчиво уточнил психолог.

— Да, — мотнула чёлкой Лапкина, — я же не врала.

— Света, — вступил Минцев, — а ты не посмотрела, на чём этот фазан крыло себе сломал? Он же трезв был. Так выглядит, что кто-то ещё там работал.

Лапкина чуть покраснела.

— Нет, не до того было. Сначала с Мэри показания снимала, и все мысли только об этом были, а утром её же до самого отъезда успокаивала. Да и вообще… Мне эта мысль только в автобусе пришла.

— Ну и ладно, — добродушно сказал Блеер, — главное — дело сделано. И, Светлана, большое дело, важное для всех нас. Могу сказать, что доклад об этом будет делаться лично товарищу Андропову.

Владлен Николаевич выбрался из-за стола и пересел на соседний с Лапкиной стул.