— Да ладно… — благодушно заворчал я.
— Дюш, — с чувством сказала девушка, — ты такой молодец!
И приникла губами по-настоящему, надолго и накрепко, даруя усладу и надежду.
«Жизнь налаживается?..»
Вторник, 22 августа. День
Ленинград, улица Петра Лаврова
Синти с неодобрением следила за Карлом — тот маялся бессонницей, вот и вставал на исходе ночи. Ничего толкового он в своем сонном состоянии натворить, испробовать или выдумать не мог, а с утра накачивался кофе. Вон, вторая кружка в ход пошла…
Фостер пил малыми глоточками, а фаянсовый сосуд, красный в белый горошек, здорово напоминал намордник. Уловив насмешливое внимание, обращенное на свою персону, Карл подмигнул из-за золотого ободка. Фолк тут же отвернулась.
— Где-то мы опять не туда свернули, — брюзгливо высказался Вудрофф. Встопорщенный, помятый, он в третий раз обошел стол, и завалился в мякоть продавленного кресла.
«Наверное, и этот не выспался», — с ехидцей подумала Синти.
Карл, резко отерев лицо ладонями, с шумом придвинул стул и грузно облокотился на гнутую спинку.
— К «Сталкеру» у меня претензий никаких, — деловито заговорил он. — Агент выдал целых два списка — и это не считая того, где перечислялись сотрудники, участвовавшие в «субботнике». В принципе, хватило бы и одной платежной ведомости, куда вписали тех, кто получал премию за секретность… Резюмирую: круг подозреваемых, у которых в семье подросток, сузился. Плохо то, что ни проверить их, ни, тем более, следить за ними мы были не в состоянии. Однако «Чемпион» проделал эту работу за нас, и весьма основательно… Результат — нулевой.
— Я и говорю, — повысил голос Фред, — свернули не туда!
— «Чемпион» поработал не со всеми, — встряла Синти, защищая «своего» агента. — У троих сотрудников Военно-медицинской академии — все в чинах от майора до полковника — растут сыновья пятнадцати-семнадцати лет, но все они… я имею в виду подростков… на каникулах и далеко от Ленинграда — отдыхают у родственников на Украине или в Волгоградской области.
— У троих? — Карл выкатил покрасневшие глаза, и часто заморгал.
— У Марьяновича, Соколова и Смирнова, — отчеканила Фолк. — На этой неделе их дети вернутся в Ленинград, ведь скоро в школу, агент сфотографирует всю троицу…
— И мы узрим то самое ухо! — с нарочитым воодушевлением воскликнул Фред, и тут же снова угас. — Ерунда это всё… Синти, золотце, ты ведь женщина! Вот, скажи, каким надо быть уродом, чтобы собственное дитя отдать для опытов?
— Советская ментальность… — замямлила вице-консул.
— К черту ментальность! Ты что, действительно веришь, будто коммунистическая пропаганда способна заместить инстинкты? Это в подкорке, девочка! Или всем этим медикам в высоких чинах партия приказала?