Илмар растерянно нахмурился.
— Что?
— Его фамилию. Повтори фамилию этого человека.
— Калсон. Райвен Калсон.
Элианта резко вдохнула, но воздух словно застрял у неё в горле. Она схватила Илмара за запястье и притянула к себе, не замечая, что причиняет ему боль. Её взгляд метнулся к мужчине возле колодца, затем к Гиацинте, а потом снова вернулся к сыну, будто она пыталась найти в его лице ответ на вопрос, который боялась задать.
— Ты уверен? — прошептала она. — Он сам назвал тебе своё имя?
— Да, мама. Что происходит?
— Он знает, кто ты?
Вопрос прозвучал так неожиданно, что Илмар не сразу понял его смысл.
— Конечно, знает. Он знает, как меня зовут. А что ещё ему нужно знать?
Элианта открыла рот, но не произнесла ни слова. Она слишком хорошо помнила имена Тарвена и Эмриса Калсонов, помнила, как тесно их судьбы переплелись с судьбой Дариана Миркадина, и понимала, что перед ней стоит человек, для которого имя Мёртвого короля могло означать не легенду о погибшем правителе, а личную боль, не утихшую даже спустя годы.
Она не знала, что именно Райвен рассказывал дочери о своих погибших братьях, насколько глубоко ненавидел Дариана и что сделал бы, если бы однажды узнал, что перед ним сын человека, разрушившего его семью.
Но хуже всего было то, что Райвен уже спас Илмара. Он впустил его под крышу, делился с ним пищей и защищал от голодной толпы, не подозревая, что мальчик, которого он начал считать своим, носит в себе наследие человека, которого он мог ненавидеть всем сердцем.
— Мама, ты меня пугаешь, — тихо сказал Илмар.
Эти слова словно вернули Элианту в настоящее. Она ослабила хватку, заметив красные следы на запястье сына, и поспешно убрала руку, однако страх не исчез с её лица.
— Ты должен уйти отсюда, — произнесла она.
— Куда?
— Куда угодно, только не оставайся рядом с ним.
— Но почему?
— Потому что ты не понимаешь, кто он!
Голос Элианты прозвучал громче, чем она хотела. Гиацинта вздрогнула и крепче прижала к себе пустой кувшин, а Райвен медленно выпрямился возле колодца. До этого он не вмешивался в разговор, решив дать матери и сыну время после долгой разлуки, но теперь в его взгляде появилась настороженность. Он не мог не заметить, что Элианта смотрела на него так, словно узнала в нём нечто постыдное или опасное.
Глава 7. Чертёж на пыльном полу
Илмар лёг спать с надеждой, что хотя бы этой ночью ему удастся отдохнуть, не вспоминая о голоде, погибших людях и признании матери, после которого весь его мир словно перевернулся. Разрушенный замок, некогда служивший домом королям, теперь напоминал огромное тело, из которого вырвали сердце: одни его крылья обрушились под ударами войны, другие почернели от огня, а в длинных коридорах, где прежде звучали шаги слуг и придворных, гулял ветер, поднимая с пола серую пыль и шевеля обрывки истлевших занавесей. Для ночлега Райвен отвёл мальчику комнату в той части дворца, которая уцелела лучше остальных, однако даже здесь следы прежнего величия соседствовали с запустением: на стене темнела трещина, деревянная рама окна была перекошена, а тяжёлые шторы давно потеряли свой цвет и пропитались запахом сырости, золы и старого камня.