А вот север…

Северная линия упиралась в условную черту, за которой начинались предгорья, а дальше — Сапфировая цитадель и земли маркграфа де Валье. Там было пусто. Не потому, что он не знал, что там творится, а потому, что поставить на карту было нечего, кроме раздражающих пометок о сорванных переходах и исчезнувших отрядах.

Рикардо планировал зимовать уже ближе к Сапфировой цитадели.

Подтянуть тылы, закрепиться, построить склады, дать людям перезимовать в относительном комфорте, чтобы весной ударить сразу из выгодной позиции.

Все по заранее намеченному и расписанному плану. Сейчас же этим планом можно было лишь подтереться.

Северяне, в отличие от южан, не желали подчиняться. Да, тут не любили вестонцев, но аталийцев, благодаря деятельности багряных, здесь не любили еще больше.

Все попытки закрепиться в той части Бергонии провалились. Передовые группы, которые посылались вперед, либо возвращались ободранными и понурыми, либо не возвращались совсем. И все это — из-за одного человека.

Бастард… И его летучие отряды.

Рикардо сжал пальцы на столешнице так, что костяшки побелели. Паломники должны были закрыть этот вопрос. И у них ведь отлично все получалось.

Исповедница и ее отряд действовали быстро и жестко. Там, где они проходили, вервольфы исчезали. Все шло так, как он и рассчитывал: багряные осуществляют поддержку с оборотнями, дворянские разъезды занимаются разведкой, плюс спускают пар, а его легионы тем временем спокойно движутся вперед.

План работал, как часы. Пока внутрь этих часов не попала та самая мелкая песчинка, способная со временем вывести из строя весь механизм.

Вестником того, что первоначальным планам маршала ди Лоренцо пришел конец, стал Джино ди Кортезе.

Рикардо помнил тот день слишком хорошо.

Граф, равно как и его спутники виконты, вернулись не в том виде, в каком их ожидали увидеть. От большого отряда осталась дюжина человек. Сам педант и перфекционист Джино выглядел, будто весь последний месяц только и делал, что беспробудно пил.

Он счастливо улыбался и рассказывал какие-то совершенно немыслимые вещи. Виконты, кстати, были такие же невменяемые. Складывалось впечатление, что они вернулись не из разведывательного рейда, а с какой-то затянувшейся по времени попойки. Все пятеро были пьяны и счастливы. А также, что вообще ни в какие ворота не лезло, то и дело восхваляли их нового лучшего друга Максимилиана де Валье. Благороднейшего из дворян.

А вот их сопровождающие, напротив, были как раз мрачны и адекватны. Так что отправив этих пятерых отсыпаться, маршал приказал допросить сопровождавших их бойцов.