— Так и занимайся сам. Я дам тебе на нее деньги.

— Вы и без того на меня очень много потратили. Не волнуйтесь, я справлюсь.

Набор, стыренный Валероном у астафьевской банды, был весьма приличен, для не личных артефактов, разумеется. На первое время его точно хватит, а потом я и свои научусь делать, потому что по-настоящему хорошие защитные артефакты делаются под конкретного человека, с учетом его сильных и слабых сторон, и настраиваются на автоматическую подпитку магией.

— Петя, ты же сам сказал, что мы семья, а в семье принято помогать друг другу.

— Я сказал, потому что так думаю, а не для того, чтобы вы за меня платили. Я вам очень признателен за все, что вы для меня сделали, и рад, что мне удалось это сказать лично.

Отчим неожиданно смущенно улыбнулся, покрутил головой, но продолжил столь же уверенно:

— Если тебе настолько претит брать у меня деньги, выпиши на меня вексель. У меня около пяти тысяч наличными при себе.

— Этим предложением воспользуюсь с радостью, — признал я.

Обмен произошел быстро, потому что я чувствовал: время подпирает, а мне еще возвращаться в номер за плащом и саквояжем. Мечту поваляться в ванне пришлось отложить на следующее посещение приличной гостиницы.

Тепло распрощавшись с отчимом и пообещав, что буду о себе сообщать, я рванул в свой номер, а затем, активировав незаметность, — на выход. Не знаю, караулили ли около гостиницы, но ощущение чужого взгляда не появилось. Зато на плече пристроился Валерон, принявшийся делиться своими выводами:

— А дядюшка-то тебя ненавидит, как ненавидел твоего отца.

— Кому он звонил?

— Он даже номер не называл. Сказал: «Девушка, соедините меня с тем же абонентом, что и прошлый раз». А потом, когда абонент ему ответил, бросил в трубку: «Племянничек жив, это может нарушить наши планы».

— Воронов не мог звонить организатору покушений. Он дал клятву, что не замешан, — напомнил я.

— Значит, ты мешаешь ему в чем-то другом.

— Возможно, что-то было в завещании?

Людей было много, и мне приходилось постоянно отслеживать обстановку и лавировать между прохожими, чтобы в меня никто не врубился. От гостиницы я ушел достаточно далеко, чтобы можно было дезактивировать незаметность, но я решил воспользоваться случаем — навык сам себя до десятого уровня не докачает.

— Возможно. Он и не предлагал тебя убивать. Только проследить. — Валерон посопел мне в ухо, потом нерешительно спросил: — Он же на нас злоумышляет?

— Злоумышляет, — подтвердил я.

Он подозрительно замолчал.

— Что ты у него приватизировал? На нас не подумают?

— Сущую мелочь, — скромно сказал Валерон. — На нас не подумают — лежало в закрытом чемодане.