Он выразительно вздохнул.

— Петя, нужно трезво оценивать свои силы. Признаю, твоя демонстрация навыков меня впечатлила, но одного высокоуровневого заклинания недостаточно, чтобы противостоять опытным наемным убийцам. В следующий раз Черное солнце пошлет сильного мага. Такие там тоже есть.

— Пусть шлют. Можно сказать, я свой первый капитал заработал на тех, кто пытался меня убить.

Валерон бы наверняка одобрил такой подход, но сейчас я его не чувствовал рядом, поэтому поддержки не дождался.

— Неразумно отказываться от помощи.

— Телохранитель мне больше будет мешать, — ответил я.

— Ты сейчас в княжестве Арсентьевых или Куликовых? — неожиданно спросил он.

— С чего вы взяли? — растерялся я.

— Ты явно ходишь в зону и общаешься с местным князем, — ответил отчим. — Первое заключение я сделал на основании твоего быстрого магического роста, второе — на основании вопроса про артефакт фамильного древа. Человек со стороны такого не знает. Я услышал впервые. Далее, княжества Куликовых и Арсентьевых — ближайшие из огрызков от того места, где на тебя напали второй раз. В полноразмерных княжествах князь до тебя не снизошел бы — они те еще снобы. Скажешь, я в чем-то ошибся?

Я промолчал.

— Петя, мне не составит труда выяснить, где ты сейчас базируешься, — продолжил он. — Ответив, ты просто сэкономишь мне немного времени. Я не собираюсь вмешиваться в твою жизнь, если ты уж так против этого, но хочу хотя бы знать, что с тобой все в порядке.

— У Куликовых, в Дугарске, — признал я.

Он кивнул.

— Твоей матери я пока сообщать не буду. Как ты правильно сказал, опасность никуда не делась. Разговор с твоим дядей был лишним. Ты настроил его против себя.

— Он уже был настроен, я только заставил его раскрыться. Вы сами использовали этот разговор не для выяснения истины, а для своих целей.

Отчим усмехнулся.

— Что-то я действительно выяснил. Ты тоже использовал этот разговор к своей пользе. Правда, я не понял, зачем тебе нужно было покупать особняк Вороновых. Сначала я решил, что в тебе взыграла обида. Но она взыграла тогда, когда мы уходили. Твоя фраза была слишком мелочной.

Он постучал пальцами по подлокотнику.

— Ни об одном слове не жалею, — отрезал я. — Все — правда.

— Возможно, удастся помирить тебя с вдовствующей княгиней…

Я прислушался к своему внутреннему голосу. Он однозначно заявил, что от особы, которая обзывает мою мать, следует держаться подальше. Идти на поклон к тому, кто с тобой поссорился заочно, — такая себе идея.

— Я с ней не ссорился, — ответил я. — И идти знакомиться не собираюсь. Возможно, потом, на своих условиях.