За предыдущие лет двадцать подобных заводов в США развелось несколько сотен: всем казалось, что «прогресс будет переть вперед без остановок». Но если сам по себе технически прогресс — это благо, то жесточайшее патентное законодательство США вкупе с появившимися на каждом углу юридическими конторами быстро сделало довольно много станкостроительных заводов совершенно неконкурентоспособными. И немец, представляющий БМВ в США, даже не ходил далеко: он запрошенный Сашей завод довольно дешево купил вообще рядом с собственной конторой, располагавшейся в порту Филадельфии. И завод был почти новый, всего два года как построенный — но у конкурентов появился станок раза в два более производительный «за ту же цену»…
Этот «более лучший станок» Саша тоже распорядился закупить: станки он продавать не собирался, а какие компания для собственных нужд использует, было никому не интересно. И было совершенно неинтересно никому и то, что компания вообще «для собственных нужд» делает — а на «механическом заводе» делалось много разного и весьма интересного. Но вот основательно «поруководить» строительством завода «господину Волкову» не удалось: его «пригласил на беседу» лично товарищ царь.
Причем император его пригласил в форме, отказа не предусматривающего, Саша даже не получил возможность «сказаться в нетях»: к нему приехал курьер с императорским приглашением, который вызвался его сопроводить и в столицу. Хорош еще, что Филадельф Кириллович, которые, похоже, и был инициатором приглашения, прислал письмо (и тоже с нарочным, чтобы оно не опоздало), в котором вкратце перечислил вопросы, царя заинтересовавшие. Довольно простые вопросы — вот только ответы на них как раз простыми назвать было невозможно. Впрочем, если воспользоваться опытом Валерия Кимовича в проведении очень непростых переговоров…
Из письма Величко Саша узнал, что переданные ему «на обустройство института электротехников» деньги царь выделил «из личных средств», а это значило, что он и каких-то вполне определенных результатов от него ожидал. Причем не от Андрея Розанова, а именно от Александра Волкова: в распоряжении об устройстве института было особо оговорено, что распоряжаться деньгами предстоит лично ему. Но заранее понять, чего именно от него ожидал «властелин всей Руси», было невозможно. Так что парень решил, что царь-то уж всяко не страшнее какого-нибудь арабского религиозного фанатика и, вдохнув (и захватив с собой «парадный костюм») отправился в столицу. И уже в Москве вспомнил, что кое-что для царя явно нужное, он захватить с собой просто забыл…