В частности, нынешние «мощные» электростанции компании как раз на дровах и работали, и причин этому было две. Первая заключалась как раз в дешевизне дров, а вторая проистекала из первой: для получения пара на электростанциях использовались паровые котлы от массово списываемых с «национализируемых» частных железных дорог германские паровозы компании «Борзиг». Почему-то «частники» эти паровозы очень любили (скорее всего из-за того, что котлы на них можно было чем угодно топить: и бурым углем, и каменным вплоть до антрацита, и дровами), а для электростанций мощностью до где-то полутора мегаватт котлы от таких паровозов были хороши и тем, что в них (как на любых паровозных котлах) были предусмотрены устройства для быстрого и плавного перепуска пара. Нагрузка-то на генератор могла меняться очень быстро — а котел (огнетрубный, то есть по определению «очень инерционный») раскочегаривается крайне медленно, так что было проще часть пара направлять не в генератор, а, скажем, в подогреватель котловой воды или вообще во внешний дистиллятор, в котором как раз вода для котлов и готовилась. С точки зрения «чистой энергетики» — полное убожество, но во-первых, котлы эти просто в наличии имелись и продавались за копейки на металлолом, а во-вторых, пока что других котлов нужной мощности, выдерживающих «повышенное давление», просто в природе не было. А изготовить новые питающие насосы, обеспечивающие требуемое для электростанций давление, оказалось делом не особо сложным и, главное, быстрым.

Пока «иной альтернативы» не было, так что Саша собрал группу из трех инженеров, которые занялись разработкой нужных котлов. И надеялся, что в очень обозримом будущем у компании появятся «свои котлы». Однако котел — это лишь очень малая часть даже электроэнергетики, чтобы энергетика компании действительно развивалась, нужны были, как любили говорить во времена Валерия Кимовича, «первичные энергетические ресурсы» — и весьма приличная часть поступлений от продаж моторизованной техники компанией тратилась на приобретение потенциальных источников этих ресурсов. Так, еще за год до завершения строительства разъезда Анжерский компания Розанова приобрела там несколько тысяч десятин земли, а Саша получил от царя «привилегию» за добычу там угля. То же самое он проделал и возле деревни Киселевка и рядом с селом Прокопьевским. Судя по всему, широкие народные массы отечественных купцов пока еще не осознали важность Сибирской дороги и государство всеми силами старалось привлечь в Сибирь «частный капитал». В том числе и многочисленными льготами: например, на новых шахтах, выстроенных в тех краях, на пять лет после первой добычи даже налог на добытый уголь или руду не взимался. А уж земли частнику продавались вообще за гроши (правда, с довольно серьезными «инвестиционными обязательствами»), так что больших затрат на приобретение территорий компания не понесла. А вот на то, чтобы эти деньги не оказались выброшенными на ветер, нужно было потратить очень много. И на строительство в тех далеких краях всякого разного требовалось потратить лишь очень небольшую часть общих расходов, а в основном деньги предстояло пока что тратить «в обжитых местах» — и этому очень сильно помогало то, что в компании уже был собственный станкостроительный заводик. Пока что один, но уже строился второй, в Епифани. Тоже довольно небольшой, и тоже целиком комплектуемый американским б/у оборудованием — но такой выходило уже летом запустить. А набрать на него рабочих стало уже гораздо проще: в феврале состоялся первый выпуск Богородицкого ремесленного училища. Конечно, мальчики пятнадцатилетние сами работу на станках освоили на уровне «умеет станок включить, его не поломав» — но под руководством опытных мастеров и такие работники уже многое сделать способны. А заканчивающееся строительство рабочего городка в Епифани позволило и таких опытных достаточно набрать…