Но именно этот визит меня сильно порадовал и в чем-то даже успокоил: я-то в МВТУ приперся в самый подходящий момент, когда девчонки там чей-то день рождения отмечали. И «брата подруги» тоже на празднование пригласили, ведь родня все же «иногородних студентов» не очень часто посещает. А порадовало меня то, что в довольно дружном студенческом коллективе ни один человек вообще не узнал меня. Маруся ведь и сама скромно молчала о том, что является «сестрой Шарлатана» — чтобы лишних поводов для разговоров не давать. А я все же в последнее время прилично на морду изменился, да и физиономия моя уже гораздо больше года в телевизоре не мелькала. Да и в прессе обо мне почти вспоминать перестали, так что для студентов и студенток я был просто «старшим братом однокурсницы». Причем вообще «работающем в сельском хозяйстве» — так что на вечеринке я чуть ли не впервые за последние годы почувствовал себя обычным человеком. Вроде и пустяк, но он меня так сильно вдохновил!
И следующий месяц я с этим самым огромным вдохновением писал программу предварительной обработки собранной в полях информации. Вроде получилось неплохо, и, по моему мнению, в базу осталось только данные по урожаям внести. Но тут тоже была изрядная засада: люди, несмотря на любые предупреждения, «стараются выглядеть лучше», а как с этим бороться, я просто не знал. Но вроде уже «год прошел», и я поехал просить помощи у Ю Ю…
Сначала я все же Ю Ю позвонил, и она, поинтересовавшись зачем-то, не болею ли я каким-нибудь гриппом, пригласила «посетить ее завтра утром»:
— Где я живу, ты знаешь, подходи к дому часов в десять, погуляем, поговорим. Но вот помощь какую-то я вряд ли тебе оказать смогу, у меня сейчас дел и без тебя хватает.
— Я только совета попросить хотел.
— Совета? Точно, у нас же страна советов. Значит, после десяти… не опаздывай, я тебя ждать точно не стану.
В десять я понял, почему Ю меня про грипп спрашивала: она вышла их подъезда с коляской. Огляделась, меня заметила, рукой помахала, а когда я подошел, предупредила:
— Разговаривай тихо, разбудишь ребенка — я тебя изобью так, что неделю говорить вообще не сможешь.
— И правильно сделаешь, но я тихонько. Ты мне вот что скажи: у тебя все же опыта в таком деле много… как сделать, чтобы люди говорили правду, даже если правда выставит их в неприглядном свете?
— Ты всерьез хочешь узнать, как заставить людей говорить правду? Но я уже не работаю в МГБ, да и вряд ли тебе такие советы…
— А я никого бить не собираюсь, мне нужно, чтобы люди просто не стеснялись правду говорить, причем исключительно о своей работе. Сами чтобы не боялись сказать, какие у них потери возникают при уборке урожая, чего им не хватает, чтобы потери эти сократить… Мне просто нужно для анализа информации, чтобы люди не только достижениями хвастались, но и о недостатках говорили откровенно. И я к тебе не как к капитану МГБ обращаюсь, а как к руководителю группы программистов, который очень хорошо информационную дисциплину у себя наладил.