— А вам не кажется, что пора уже этого излишне шустрого молодого человека снимать с полного гособеспечения? А то мне уже жалобы приходят, причем через секретариат ЦК, что товарищ что-то слишком уж много себе позволяет. Пишут, что музыкальных инструментов он себе заказал чуть ли не на шестьсот тысяч рублей, причем иностранных, то есть в валюте. А очень даже заслуженные товарищи себе такого позволить не могут…
— Ни в коем случае! Во-первых, инструменты он все же не себе лично заказал, а во-вторых, он уже заказ этот окупил… раз в пять уже окупил.
— Ни в коем случае! — чуть ли не в унисон с Зинаидой Михайловной возразил товарищу Булганину Павел Анатольевич. — Пусть хоть Страдивари с Гварнери себе заказывает, если ему это в работе помогает. А работает он… недавно он нам новую программу предложил… то есть мы только начали по ней работу, так вот: если у нас получится, в чем я особых сомнений не испытываю, то мы только на обороне страны миллиарды сэкономим. Не непосредственно на обороне, но вот враги… в основном, конечно, Соединенные Штаты, нам уже окажутся не в состоянии нанести серьезный ущерб без применения ядерного оружия. Да и применить его мы уже очень сильно им помешать сможем.
— Что? Вы это серьезно говорите? — удивилась товарищ Коробова. — Хотя… да, он и такое сделать в состоянии. Не буду расспрашивать, мне, собственно, и знать не надо как — но если он из одного японского рояля за пять тысяч американских долларов уже полмиллиона советских рублей достать смог… И ведь еще много чего сможет, хотя и понятия не имею, как он это делает.
— Главное, что делает, — улыбнулся Павел Анатольевич. — а вот по поводу жалоб на него… Николай Александрович, вы мне скажите, кто именно такие жалобы подает, есть у меня определенные подозрения…
— Ясно, вопрос считаю закрытым. А вам, Павел Анатольевич, я завтра полный список жалобщиков пришлю. Просто с собой бумаги не взял… а вот зачем эти жалобы в ЦК шлют, разобраться, конечно, стоит. Я еще у Пантелеймона Кондратьевича уточню, он мне все эти жалобы передал или у него еще какие-то остались…
Новый год я снова встретил в Кишкино, и снова там собралась вся семья. И мы после праздничного застолья еще долго обсуждали, что в стране за год интересного случилось и что может случиться в наступившем году. С моей точки зрения, ничего особо интересного не происходило, но это я все же с позиции «будущего» смотрел, а вот все родственники довольно бурно обсуждали запуск космического «корабля-спутника». В том плане, что если прозвучало слово «корабль», то скорее всего он приспособлен и для того, чтобы на нем в космос людей запускать, а причиной столь большого интереса к событию стал, сколь ни странно, мой рассказик про «космического врача». Вообще-то в мире уже довольно много в фантастике разные «космические приключения» описывались, и даже в СССР кое-что из зарубежного на эту тему было напечатано, но там-то рассказывалось о чем-то «очень далеком», чего при жизни нынешнего поколения можно и не ждать — а я вроде как «ближайшее будущее» описал. Собственно, поэтому вся родня пыталась из меня что-то на тему космических полетов «извлечь», но я молчал как партизан, и не потому молчал, что ничего по этому поводу сказать не мог, а потому что просто не знал, что в нашей космической программе творится. А те мелочи, которые знал, ни на какие мысли не наводили.