Пальцы Мо Сюаня в широких рукавах чуть заметно сжались.
— Жалость делала его уязвимым, а его сила была слишком велика, — холодно ответил бессмертный. — Когда он обрушил свое отчаяние на чертоги, прежний мир погиб. Мы не могли позволить ему проснуться вновь.
— И поэтому вы вернули в этот мир меня, — тихо сказал Вэй Сянь, переводя тяжелый взгляд на Мастера Ланя. — Всю эту жизнь я шел за Синь Юй, веря, что люблю её. Но это была не любовь. Это была невыплаченная вина, тенью следовавшая за моей душой сквозь круги перерождения. Вы сыграли на моей совести, заставив уберечь её до этого дня, чтобы в нужный час я снова поднял меч и завершил вашу сделку.
— Личная боль одного воина не имеет веса перед лицом равновесия мироздания, Цан Лэй, — отрезал Мо Сюань. — Если мы не остановим их сейчас, старая катастрофа повторится.
— Тогда ищите себе другое орудие, — жестко ответил Вэй Сянь.
Он резко взмахнул грозовым клинком, рассекая воздух перед собой. Ослепительная синяя молния с оглушительным треском ударила в каменный пол, оставляя глубокий дымящийся след между воином и хранителями прежних законов.
Вэй Сянь убрал меч в ножны, развернулся к ним спиной и твердым шагом подошел к стоящей у входа Е Цинлань. Он осторожно взял её холодные, дрожащие ладони в свои, глядя ей прямо в глаза с той самой тихой, выстраданной нежностью, от которой когда-то отказался ради ложных обетов.
— В прошлой жизни я предал нашу любовь ради их ледяного закона, Цинлань, — негромко произнес он. — Больше я не сделаю ни шагу по их указке. Я больше не слуга Верхнего предела и не преемник Грозового Пика. Если мне суждено пройти через этот огонь до конца, я пройду его только рядом с тобой.
Е Цинлань судорожно вздохнула, сжимая его пальцы в ответ так крепко, словно боялась, что он снова растает как сон. Впервые за тысячу лет в её глазах зажегся живой, теплый свет.
В наступившей тишине Янь Чжэнь медленно сложил руки в широких рукавах, окидывая взглядом неожиданный союз бывшего врага и его возлюбленной.
— Надо же... впервые за тысячу лет наследник грозы произнес о моем Владыке правду, — с холодной, но уже лишенной прежней ядовитости усмешкой произнес глава Клана Черного Солнца, переводя жесткий взгляд на замершего Мо Сюаня. — Но у нас нет времени на долгие речи, Цан Лэй. Разлом в Навь оставил светящийся след в небесной ткани, который уже увидели в Высшем Небесном Чертоге. Если туда первыми доберутся каратели Верхнего предела, они не станут плести тонкие печати — они просто сотрут этот берег вместе с твоей бывшей подопечной и моим Владыкой.