Где я? — мелькнула тревожная, обрывочная мысль. — Я умерла там, на перевале? Неужели Вэй Сянь не успел, и это — та самая граница, за которой обрываются все земные пути?
Она сделала еще несколько осторожных шагов. Вокруг раскинулась бескрайняя долина, укрытая вечными сумерками. Небо над головой было цвета глубокого индиго, без единого облака, но в его вышине не горело ни солнце, ни луна — лишь россыпь мелких, призрачных звезд мерцала так низко, что казалось, до них можно дотянуться кончиками пальцев.
В самом центре долины покоилось Озеро Безмолвной Луны.
Его гладкая, неподвижная вода была черной, как свежая тушь, но в её темной глубине не отражалось ни единого огонька. Вдоль самой кромки берега, омываемые тихими волнами, цвели удивительные, неведомые смертному миру цветы. Их лепестки, сотканные из полупрозрачного лунного шелка с тонкими багровыми прожилками, тихо звенели при каждом дуновении ветра, словно крошечные нефритовые колокольчики.
Синь Юй завороженно подошла ближе и опустилась на колени у самой воды. Странное дело: разум твердил, что она никогда прежде не видела этих берегов, но пальцы сами потянулись к ближайшему бутону. Они безошибочно знали, как нужно бережно раздвинуть стебли, как очистить корни от серого ила и как направить каплю призрачной росы на поникший лепесток.
Это место должно было пугать её. Оно дышало тишиной конца всех дорог, той самой пустотой, куда уходят души, разорвавшие нить жизни. Но вместо страха в груди Синь Юй разливалось щемящее, необъяснимое спокойствие. Ей казалось, что она вернулась домой после долгого, изнурительного странствия. Будто каждый камень на этом берегу и каждый шелест черной воды знали её имя задолго до того, как она сделала свой первый вздох в ордене Южного Облака.
— Какое любопытное укрытие ты себе выстроила, девчонка, — раздался за её спиной знакомый, бархатистый голос, в котором привычно звенела едкая насмешка. — Стоит твоей смертной оболочке повиснуть на волоске от гибели, как ты тут же находишь себе сад по душе. Признайся, тебе настолько надоели северные метели, что ты решила переквалифицироваться в садовницу пустоты?
Синь Юй вздрогнула и резко обернулась, готовясь снова увидеть привычный сгусток непроглядного черного дыма, вьющийся над серебристым песком.
Но тени не было.
В нескольких шагах от неё, у самой кромки черной воды, из рассеивающегося сумеречного тумана соткался мужчина.
Слова застряли у неё в горле. Синь Юй замерла, не в силах отвести взгляд. До этого мгновения он оставался лишь язвительным голосом в её голове или бесформенным мраком, скользящим по стенам. Но здесь, в пространстве чистого сознания, его истинная суть обрела плоть. И эта плоть была создана так, словно сама Вселенная вложила в неё всю свою жестокую, беспощадную красоту.