На её левом запястье тугим узлом была повязана старая шёлковая лента с выцветшим узором бабочки-привычный оберег, с которым она не расставалась сколько себя помнила.
-Юй-эр, ты всё ещё трудишься над чужими безделушками?-раздался у входа в павильон мягкий, знакомый до боли голос.
На пороге стоял сам глава ордена Шэнь Юнь. В белых одеждах с серебряной вышивкой облаков, с неизменно спокойным, чуть уставшим лицом и тёплой, отеческой улыбкой, которой она безоговорочно верила целое тысячелетие.
Синь Юй поспешно поднялась и поклонилась, но Шэнь Юнь мягким жестом остановил её, входя внутрь и окидывая взглядом ряды древних свитков и бронзовых треножников. Он подошёл к низкому столику, взял глиняный чайник и сам разлил остывший зелёный чай по двум пиалам-привычный жест заботы, которым он всегда обезоруживал её настороженность.
-В Ночь Стыка Тысячи Лун старые печати в горах всегда ведут себя беспокойно, негромко произнёс он, присаживаясь напротив и по-отечески поправляя выбившуюся прядь её чёрных волос.-Днём в нижнем ярусе Запретного ущелья осыпалась кладка у древнего алтаря. Я не хочу пускать туда старших учеников-их горячий меч может только повредить ветхие руны. Спустись туда, Юй-эр. Только твои руки умеют успокаивать камень, не ломая его.
Синь Юй подняла на него карие глаза, чувствуя привычную, тихую благодарность за это доверие. В ордене, где её держали на расстоянии вытянутой руки, только слово Шэнь Юня напоминало ей, что она не случайная тень при древних стенах, а его дочь.
-Я пойду прямо сейчас, учитель. Ответила она, убирая в поясной мешочек цянькунь, кисть для начертания рун и небольшую лаковую шкатулку из сандалового дерева с порошком киновари.
Шэнь Юнь на мгновение задержал взгляд на её лице-в глубине его тёмных глаз мелькнула странная, тяжёлая тень, которую она приняла за обычную тревогу наставника. Глава ордена достал из широкого рукава небольшой, искусно вырезанный из кости водяного дракона цзяолуна сигнальный жетон с узором северного ветра и вложил ей в ладонь.
-Возьми это с собой,-тихо сказал он.-Это старый талисман Замерзших Рек. Если в ущелье станет слишком тяжело дышать, сломай его-и помощь придёт быстрее, чем успеет догореть благовонная палочка.
Синь Юй бережно спрятала резной жетон в складки платья и вышла в холодный, бесцветный туман.
Тропа в Запретное ущелье петляла среди чёрных скал, где ветер не шумел в ветвях сосен, а тянулся вдоль камней тоскливым стоном. Свет серебристой Луны ложился на камни ровным, мёртвым серебром, не оставляя ни единой тени под ногами. Чем ниже она спускалась, тем сильнее кончики пальцев покалывало от странной, тяжёлой дрожи. Так бывало всякий раз, когда рядом пробуждался артефакт, чья сила была старше самого ордена Южного Облака.