А мы что? Наше дело исполнять потихоньку и не отвлекать начальство глупостями. Сидим себе по квартирам при авиационной поддержке — на аэродром прилетели истребители и штурмовики — потребляем домашние продукты, регулярно ходим в баню и о плохом не думаем.

Сидели три дня, и раз приходит ко мне посыльный и зовёт в здание администрации. Обычно Володя Бычков по своим вопросам просто звонил на квартиру, а тут такое — думаю, оно явно неспроста.

Ладно, иду за сержантом. Посёлок маленький, идти недалеко. А в кабинете меня встречает майор Виталик Логинов собственной персоной. Говорю ему, козырнув:

— Здравия желаю. Откуда ты тут?

— Здравия желаю, — ответил тот. — Прилетел.

— И какой пассажирский пилот рискнул сюда лететь? — удивился я, проходя и присаживаясь на стульчик.

— А я на штурмовике летел стрелком, — улыбнулся Виталий. — У меня есть и такая профессия, — он добавил спокойно. — Пришлось получить с моей работой.

— Славно, — говорю ему. — Только у меня таких навыков нет, я в штурмовик не полезу.

— Тебе пока и не надо, — благодушно ответил Виталик. — Это мне надо с тобой поговорить, и Совет обороны заодно поручил провести внезапную и негласную проверку, чтоб зря не мотался. В отрыве от командования иногда творятся злоупотребления, — он развёл руками. — Я же всё-таки представитель Совета.

— И как? — спросил я с интересом.

— Да вот с тобой разговариваю, — сказал он. — А злоупотреблений ещё не видел, да мне они пофигу.

— Это хорошо, — одобрил я. — Продолжай.

— Итак, Центр возвращается к обычной работе, но на другом уровне, — проговорил Виталий. — Решено Советом новыми танками первыми вооружить отдельные батальоны, что прошли у вас стажировку. Происходить это будет только через повторную практику. Под видом пехоты сюда уже едет майор Иван Котов…

— Он же уже до дивизии дослужился! — возразил я.

— Твои бояре тоже командовали полками, а у тебя на ротах? — серьёзно уточнил майор. — Пройдёт у вас батальон Котова практику, и генерал-полковник Литвинов сам будет решать, какие ещё части подчинять майору.

— Уже генерал-полковник! — покачал я головой.

— Ещё скажи, что Григорий Григорьевич не заслужил! — резковато сказал Логинов.

— Не скажу, — примирительно проговорил я. — Просто поражаюсь, как летит время! С такой войной дядька маршалом станет!

— Да и ради бога, — благодушно ответил Виталик. — Дело в другом. «Лютый рысь» это очень высокая награда и ответственность. Своего рода признание заслуг. Вся промышленность Гардарики пока выпускает всего по десять танков в день. Понятно, что починить можно почти всё, но учтём и безвозвратные потери. Итого, в среднем семь-восемь машин в день роста. Это чуть больше, чем два батальона в месяц. Вот и получаем работу вашего Центра, а излишек будет накапливаться в резерве.