— Профессиональных музыкантов у нас тут только двое, — посчитал нужным встрять я, — вы и Николай, так что лучше принимать решения по факту, а не по «доверию». Вы, Григорий Давыдович, сначала игру Роберта «посмотрите», а потом и решайте, на пару с Николаем. Так будет правильней…

Обоих это решение удовлетворило и мы перешли к следующему вопросу — квартирному. Поскольку в Москву ездить теперь придется часто, то съем квартиры представлялся вариантом оптимальным.

К счастью у Клаймича в Москве был знакомый маклер, который, по уверению Григория Давыдовича, «найдет и снимет, все что угодно… разве что, кроме Кремля… да, и то не факт!».

Зависшим остается вопрос, от какой организации будет работать «наша группа», но тут, я лично, был бессилен. А чтобы обратиться за поддержкой к паре Чурбанов-Щелоков, нужно сначала «прозвучать» на весь Союз.

Что ж, песни для «правительственных» концертов готовы, а для записи новых «хитов» мы и организовываем группу и студию.

Жаль, что я так плохо разбираюсь в компьютерах, уверен, что в интернете есть множество программ, которые могли бы меня сделать, в этом времени, «ГУРУ ЗВУКА». Ну, да еще не вечер… помучаю айфон, может чего и вымучаю!

Остановились мы в гостинице «Россия», через «Ленконцерт» Григорий Давыдович заказал нам два двухместных номера.

«Категорически неудобно… Всегда предпочитал спать один. В крайнем случае, с женщиной… Гы!».

Вечером в гостиницу к Клаймичу приехал, тот самый, «Великий маклер». Звали «фокусника жилплощадью» — Яков Ефимович Эдель.

«Ну, кто бы сомневался, азохн вей!».

Леха с Николаем пошли немного прогуляться по вечерней Москве, а я решил поучаствовать в «жилищной» беседе, проходившей в гостиничном буфете, на нашем этаже.

— … Нэ будем тянуть кота за все подробности, так шо я вас понял за квартиру, — небольшой седовласый колобок, с большим крючковатым носом и пухлыми румяными щечками, уже минут десять разыгрывал для меня комедию под названием «Беня Крик московского уезда».

Для меня, поскольку Кламич хоть и сдерживал улыбку, но почему то этот балаган сам не пресекал. В этой встрече у меня был большой «личный» интерес, так что надо было его реализовывать, и лучше до возвращения Завадского и Лехи.

«Ну, держись, сионская грусть!».

— Яков Ефимович, шоб ви здохли, так ви мне нравитесь! Но давайте ужо поговорим за деньги…

«Колобок» поперхнулся посреди очередного «фольклора», а Клаймич сначала сдавленно хрюкнул… но не сдержался и захохотал в голос.

…Когда «высокие договаривающиеся стороны», перешли на нормальный язык, то наши потребности были сформулированы предельно четко: для проживания артистов требовалась нормальная трехкомнатная квартира, а для «деловых встреч» — очень хорошая(!) «где-нибудь в Центре».