За доллар купил здоровенный моток малярного скотча. Еще за два комплект аэрозольных баллончиков с краской — черный и белый. Заклею «сосиску позора» лентой и доеду, а дома покрашу посимпатичнее, и будет уже не уродство, а арт-объект. Или и вовсе спрячу рюкзак в сумку.
Как выглядит касса российского супермаркета в далёком 2026-м? Лента транспортера, очередь с корзинками или тележками, сканер штрих-кодов. Пик-пик-пик…
Пропустите, пожалуйста, у меня только две сливы! Мужчиннааа… вы взяли не те сливы. Галя, у нас отмена!
В Пендехостане образца 1982-го всё в целом совпадает. И лента, и тележка. А вот сканеров штрих-кодов еще нет, как и базы данных с ценами. Вместо «пик-пик-пик» тут «клац-клац-клац».
Симпатичная белая девушка лет двадцати вручную вбивает на кассовом аппарате цену каждого продукта, зафиксированную на стикере. Кто из нас не любовался миловидной кассиршей в супермаркете? Захотелось ей подмигнуть, сказать парочку комплиментов и попробовать немного обаять. Не мисс Июль, конечно, но миленькая и явно совершеннолетняя.
Лыбился ей, как дебил, пока она пропикивала покупки бородатого негра, идущего передо мной, а затем милое личико исказило лютое презрение, когда девушка дошла до моего дошика. Который на самом деле «Топ рамен». Как будто не обычную лапшу на ленту положил, а, как минимум, дохлую крысу. Дальнейшие мои покупки удостаивались той же меры брезгливости. Особенно сосисочный рюкзак.
Звяк! Отбив все покупки, кассирша с именем Тэмми на бейдже подвела итог:
— С вас 10 с половиной долларов, юноша, — на удивление неприятным для столь миловидного личика голосом сообщила девица.
Ненавижу, когда пытаются обсчитать или обвесить. У меня калькулятора, может быть, и нет, но арифметике ведь обучен.
— Простите, мисс, по моим подсчетам выходило девять шестьдесят.
Ох, сколько уничижения поместилось в ее злых глазках. Сегодня Криса ненавидели за то, что мы с ним нищеброды. Достойная причина.
— Молодой человек, вы забыли посчитать налог, — оказывается, интонации бытового хамства интернациональны. И они еще борются за звание супермаркета высокой культуры обслуживания.
Наманикюренный пальчик ткнул в три строки в чеке — рюкзак, скотч и краску.
— Это не продукты, а следовательно, облагаются налогом.
Самый страшный кошмар многих, культивируемый еще в детстве, когда мама оставляет тебя в очереди и отходит перемолвиться словечком со знакомой. Касса все ближе, ближе, ближе. А денег у тебя семилетнего ни копейки…
— Убираем молоко, — решил я и отодвинул двухлитровую бутыль в сторону. Взяв ее, я проявил недальновидность. Скиснет еще по пути и куда мне простоквашу девать? Блинчиков разве что наделать.