Пальцы всё ещё крутили письмо.
Ладно.
Решено.
Если уж я оказалась в этом мире — значит, должна жить по его законам. А один из них — не предавать своих. Я встала, пошла наверх, переоделась. Выбрала замшевые брюки, бежевую рубашку, короткий пиджак.
Накинула удобные туфли, поправила короткое каре, подтянула сумку на плечо и вышла на улицу.
Сегодня мне не нужно было в госпиталь — дали выходной. А значит, у меня было время.
Я доехала до самого отдаленного почтового отделения в Маузроге. Пришлось присмотреться к местным. Встретила парнишку. Тот согласился за монету отправить «любовное» письмо. Я объяснила, что не могу сама. Тот с понятливой ухмылкой принял заклеенный конверт — адресованный Аданату Верестрийскому, генералу имперской армии.
Я сидела на скамье у бокового входа в почтовую станцию, сжимая в руках дамскую сумочку.
Мне казалось, что каждый прохожий смотрит на меня, что каждый может догадаться, что я только что отдала письмо, в котором содержится информация о новом прорыве. Я нервничала.
— Готово, — услышала я за спиной.
Я обернулась. Тот самый парень — молодой, щуплый, с веснушками и в форменной куртке разносчика — подошёл и, не глядя мне в глаза, сунул клочок бумаги в ладонь.
— Отправлено. Через имперскую сеть. Получатель — генерал Верестрийский. Доставят сегодня до полуночи.
Я кивнула, дала еще монету и, поблагодарив, встала. Бумажку сжала в кулаке и пошла искать возничего.
В письме была всего одна строчка. Но она может изменить ход событий. Я свой шаг сделала. Дальше уже Аданат будет принимать решение.
«Через день после равноденствия на Новом Восточном рубеже будет новый прорыв».
Поверит ли он?
Аданат
Я поднял полог шатра и вошёл внутрь. Был уже третий день с тех пор, как я вернулся из госпиталя. С тех пор сюда не вернулся ни один боец.
Моё быстрое восстановление теперь действенно казалось чудом.
Я сел на край походной кровати, послал импульс магии, и в углу вспыхнули магические камни.
Размял шею и начал снимать рубашку. Размотал бинты. Там — ничего. Чисто.
Обвёл шатёр взглядом.
Три дня тишины на границе с Бездной говорили об одном — затишье. Более того, я почти перестал ощущать в воздухе тёмный магический фон. Хаос взял перерыв. Он копит силы.
Я лёг на кровать, закинул руку на глаза. Надо было хоть немного отдохнуть и подумать.
Казалось бы — сейчас идеальное время, чтобы рвануть домой, к настоящей истинной. Но… не хотелось.
Я снова встал и подошёл к походной сумке. Достал из неё заключение специалистов по пожару, которое мне доставили вчера.
В нём значилось, что возгорание произошло из-за перегрева магического артефакта одного из погибших постояльцев.