Получив карт-бланш, я хочу мигом сорваться с места, но заставляю себя плавно встать и неспеша двигаюсь по залу в сторону Андрея Богатова. Отвернувшись от собеседницы, ослепительная улыбка мгновенно тухнет на моём лице, а глаза лихорадочно смотрят сквозь панорамные окна на террасу в поисках мужчин.
Господи, только бы не наделали глупостей! Ужасно не хочется расстраивать Инну Владимировну, да и Артем не заслужил никаких разборок. Вадим до сих пор злится на меня, и нечестно втягивать их в болото нашего конфликта.
Пока иду до столика в противоположном конце зала, перебираю в уме все возможные и самые отвратительные варианты развития событий, накручиваю себя до точки кипения с пол оборота, с трудом контролируя участившиеся дыхание и пустившийся вскачь сердечный ритм.
– Добрый вечер, Андрей. Можно присяду?
Друг мужа вежливо встаёт, когда я подхожу к их столику, и жестом приглашает занять свободное место, сам же садится только после меня. Вышколенный персонал тут же бросается к нам, но Богатов жестом даёт понять, что услуги официанта не потребуются. Сам же буравит меня взглядом. Не осуждает, но и не поддерживает.
Это правильно, он друг Вадима, не мой.
Но я хочу, чтобы он помог Романову и предотвратил катастрофу. Вадим в последнее время походит на пороховую бочку, даже наши странные встречи не сбивают градус его напряжения и лишь дают незначительную отсрочку до неминуемого взрыва.
– Извини, что отвлекаю.
Я начинаю издалека, а у самой кровь в жилах стынет, когда замечаю Вадима и Артёма, стоящих рядом друг с другом на террасе. Возможно, на счету каждая секунда. Они о чем-то говорят, губы Вадима шевелятся.
Артём стоит спиной, в его руке тлеет сигарета. Он немного напряжен, но пока ситуация со стороны выглядит поддающейся контролю, хотя сохраняется стойкое ощущение, что в любой момент может из-под него выйти.
Андрей смотрит внимательно, я уверена, что считывает мои страхи и опасения, но не спешит реагировать. Его собственное волнение выдает тот факт, что он хоть и редко, но тоже бросает будто безразличные взгляды в так интересующую нас обоих сторону.
– Я хочу попросить тебя вмешаться. Ты знаешь, у нас были сложности, мы расстались не друзьями, – юлить и врать я не вижу смысла, поэтому говорю прямо, – Вадим в последнее время сам не свой. Я боюсь, что быть беде. Не хочу здесь никаких разборок.
– Сложности… – он медленно повторяет, как бы смакуя это слово, – Я бы сказал иначе, но придержу своё мнение. Что ты хочешь сейчас, Алёна? Думаешь, ему недостаточно того, что ты уже сделала?
Богатов никогда раньше не позволял себе меня осуждать, всегда относился уважительно и сохранял дистанцию – восхищался и уважал как жену лучшего друга, отвешивал по случаю вежливые комплименты. Но сейчас упорно не хочет помочь, ни капли не облегчая мою задачу.