Диафрагма и сердце — тоже своего рода мышцы, и их паралич грозит очень неприятными последствиями, типа смерти. Жаль только, что у дерева нет таких полезных органов, да и мозговые центры отсутствуют, как, впрочем, и мозг в целом. Но он прав, необходимо проверить. И я даже знаю, где мы с ним будем проверять эту его теорию, потому что именно нам достанется честь стать теми самыми идиотами.

— Какие-то ограничения имеются? — я оторвал взгляд от флакона и посмотрел на носфера.

— Нужно найти окончание корня. Если паралич пойдёт от самого начала, захватывая всё больше и больше тканей, то тогда есть возможность на время парализовать всё древо. Но сколько будет длиться обездвиживание, трудно сказать.

— Плохо, что у этой гадины нет сердца, и она не дышит в привычном для нас понимании, — во взгляде носфера промелькнуло удивление. Не понял, он, что же думал, что не пойму, как действует эта его отрава? Зачем тогда вообще начал этот разговор? Ладно, примем за данность, что Шасс не хотел выставить меня идиотом, просто так получилось. — Предлагаю проехаться до соседнего баронства. Если верить очевидцам, то длинноухие и возле замка тамошнего барона росток укоренили.

— Это их обычная тактика: по периферии высадить мелорны, а самим обосноваться в центре. В столице, скорее всего, высажено центральное материнское древо, за которым тщательно следят садовники, не позволяющие корням разрастаться в длину. Но так как за ним ухаживают и поставляют пищу вовремя, то и древо ничего не имеет против ограничения своего жизненного пространства.

— И правда, на хрена выращивать длинные корни, если охотиться совершенно не нужно. Я только не пойму, кто больше подходит под определение: «Бездушные кровожадные монстры: эльфы или эти их деревья»? Хотя это риторический вопрос, потому что деревья всего лишь так питаются и, по сути, не виноваты, что бездушные кровожадные монстры включили их в свою экосистему. Так что ты мне ответишь? Мы идём проверять твою теорию, или будем ждать непонятно чего?

— Да наверное, ты прав. Я готов, можно выдвигаться. Взять с собой запасы еды, всё-таки мы потратим несколько дней на то, чтобы добраться до соседнего замка и вернуться обратно.

— Я так понимаю, лёгких путей мы не ищем, — я задумчиво посмотрел на носфера. Вот об этой проблеме я не подумал, просто не представлял, что она может возникнуть. — Нет, я тебя понимаю, в подземельях лошади не живут, но вот то, что нам придётся именно идти, а не ехать, немного выводит из себя. Вот что, для того чтобы испытать твоё средство, мы пойдём, но, когда вернёмся, ты должен будешь научиться ездить верхом, иначе мы ещё очень нескоро попадём в Атаракс. Да и от погони уйти, если таковая будет, лучше всего именно верхом.